Его руки по локоть покрылись кровью, жиром и грязью. По груди стекали ручейки биологических жидкостей человеческого тела, пачкая ботинки. Еще одна жертва ушла, прервалась еще одна жизнь, а доказательств по-прежнему нет.
Он с отчаянным криком швырнул скальпель, следом быстро полетели другие инструменты, и каждый тихо звякал или лязгал при ударе. Разочарованный, раздосадованный, он бил ногой по булыжникам и, подвывая, проводил грязными пальцами по своим длинным волосам.
Она была где-то там. Должна быть. Теперь он был уверен, что дары Непознанного были украдены у граждан Аркензира при рождении.
Но у его ног лежал еще один мертвец, и ему придется умертвить еще одного – хотелось бы, чтобы только одного – чтобы выполнить задачу.
Глубоко вздохнув, он провел руками по лицу, почувствовал, как вздулись на лбу вены.
– Воздай почести жертве, – напомнил он себе. – Успокойся.
Шарбон взял себя в руки, затем нашел инструменты, которые швырял в темноту. Они разлетелись в разные стороны и теперь, лежа на земле, поблескивали в свете луны, как серебристые камни. Он очистил их, как мог, протерев лезвия краями своей одежды, которые не так сильно намокли. А затем вернулся к работе. Смерть была уродливой, но цветы были прекрасны.
Его пальцы творили магию, превращая то, что совсем недавно было человеком, в дар Природы. А когда он закончил, вместо человека на земле распустились лепестки лилии. Он окунул ладонь в лужу крови, намереваясь написать свое обычное обвинение на ближайшей стене.
Но вдруг в темноте ночи раздался странный звук – будто кто-то бежал. Неужели его заметили? Может нагрянуть Ночной дозор.
Он должен был действовать быстро. Он оставит обвинение Абсолону, но в сокращенной версии. Нельзя, чтобы его поймали. Он не мог подвести божество Непознанного, иначе им придется начинать все сначала с новым слугой, который будет не настолько искусен, как он.
И он поспешно написал:
Когда Мелани снова увидела гостиницу, она почувствовала, как все напряжение улетучивается из нее.
Совершенно неожиданно гостиница стала ей убежищем. Она никогда не думала, что будет чувствовать себя безопасно или комфортно где-нибудь в городе, и все же один взгляд на заведение Себастьяна мгновенно принес ей облегчение, как прохладная ткань, прижатая к ноющему виску.
Они сделали это – избавились от посмертной маски Белладино. И за ней никто не следил. Никто из Дозора не остановил ее, не кричал ей вслед.
Если и Себастьяну повезло, то их испытания маской закончились.
Она натянула шляпку еще ниже.
Теперь надо решить, что делать с отметиной.
Кивнув швейцару, она проскользнула через застекленные входные двери гостиницы и позволила себе заглянуть в холл, как будто пришла в первый раз. Деревянные бра со стеклами, украшенными эмалью бирюзового цвета, создавали впечатление, что потолок выложен крошечными выпуклыми стеклышками. Кругом царила атмосфера тепла и богатства – такую можно создать, когда в холодный день наливаешь себе чашку теплого шоколада и выпиваешь ее под теплым пуховым одеялом. Вся обстановка была элегантной, без вычурности. В отличие от других гостиниц, которые обслуживали тех, у кого было несколько лишних ампул со временем, в этой предпочитали комфорт, а не претенциозность.
Таким был ее владелец.
Мелани вернулась к себе в комнату. Дон-Лин сидела в постели и читала тонкую книжку, которую ей дал Себастьян – «Чудовища Закрайя».
– А ты знала, что, по оценкам, на каждого жителя Долины приходится как минимум один варг?
– Это много, – небрежно ответила Мелани. – А как ты себя чувствуешь?
– Можно сказать, хорошо. Хорошо для меня, – ответила мать. – Но я не хочу говорить о том, как я себя чувствую. Мне хочется поговорить вот об этом, – она постучала пальцем по обложке. – О баранах Марракева, песчанках – птицах, живущих в песках Ксиопара, и муренах-людоедах, обитающих в Великих водопадах. Можно? Просто… поговорить о чем-нибудь другом?
– Конечно, – быстро ответила Мелани, присев боком на кровать. – И что пишут о муренах Великих водопадов в книге о чудовищах Закрайя?
Дон-Лин рассмеялась.
– Нет. Не в этом дело.
– Тогда расскажи мне о существах, обитающих в Марракеве, – попросила Мелани. – Правильно пишут о них в книге?
– В общем и целом, да, – ответила Дон-Лин, задумчиво кивнув. – Но, если бы через барьер проходило столько варгов, то, думаю, я бы знала многих людей, которых они могли бы съесть. Моя деревня находилась прямо у подножия горы. Если варг прорывался сквозь барьер, он мгновенно оказывался среди нас.
Они немного поболтали и о разных огромных чудовищах, пока не раздался стук в дверь. Мелани почти забыла, где она и зачем она здесь. Как хорошо было просто поболтать о разном – с мамой. Ей стало намного лучше после укола.
– Наверное, это Себастьян, – сказала Мелани.
– Себастьян? А, ты говоришь про мсье Лейвуда? – и на ее бледных губах расцвела понимающая улыбка. – Так он теперь просто Себастьян?
–
