– Просто замечательно…
Де-Лия последовала за сестрой, и ее ворчание постепенно стихло. Они прошли квартал вниз, завернули за угол и в конце концов оказались в нужном месте, которое оказалось не так уж и далеко. Вместе сестры Хирват подняли тяжелую решетку канализации и обнаружили грязную лестницу с ржавыми стыками. Ступая по скрипучим, не внушающим доверия ступеням, они спустились в город отбросов – Лутадор внутри Лутадора.
В древности в каналах под землей находилось жилье для горожан и бункеры для солдат. Никто из ныне живущих не мог вспомнить, что это была за война, загнавшая людей под землю, а записей и даже легенд не осталось. Но это случилось еще до того, как боги превратили Долину в священное место – возможно, это была война с чудовищами самого Тало. Некоторые считали эти обиталища свидетельством демарша Абсолона, когда он покинул гору с отрядом воинов и был единственным, кто вернулся живым. Что бы здесь ни случилось, от тех событий остались только руины, разбросанные по земле и под землей.
Когда они достигли дна, Де-Лия выпустила сканирующую сферу на всякий случай, но они вошли в безлюдную местность. Обычная сплошная система канализации, и никого вокруг, кто бы увидел, как они используют магию слежения. Сказать было легко, а выполнить не очень – руины здесь оставались в своем первозданном виде. Архитектура под землей весьма сильно отличалась от той, что преобладала на поверхности, и имела свой неповторимый облик. Не осталось никакого изящества, если оно действительно когда-то существовало. Все постройки казались приземистыми и практичными. Камни выглядели как камни – без изысков, без шлифовки, без покраски.
Но здесь… Здесь был просто туннель. Сфера неуверенно покачивалась в воздухе, но не показала, что где-то обнаружились другие чары, кроме их собственных.
Де-Лия осторожно сжала плечо Кроны. Сочившийся через решетку свет отражался от ее браслета решимости.
– В какую сторону к мадам Стрэндж?
Вспоминая, что говорили бабочки, она указала на туннель справа от них.
– Сюда.
Вытащив из рюкзака колбу с источником света, она раздавила ее, наступив ботинком. Хрустальные осколки светились поглощенным солнечным светом, которого должно было хватить на час или около того. Она быстро сгребла осколки в емкость из обычного стекла и подняла ее вверх, как фонарь.
И они зашагали вперед, наступая ботинками на самый разный мусор под ногами – склизкий и черный. Укрепленные арочные проходы надежно поддерживали старые туннели, но проходы были узкими, а потолки низкими. В большинстве мест им приходилось идти друг за другом, чтобы не протискиваться вдвоем сквозь забитый мусором проход.
Они прошли через один ствол и приблизились к более широкому туннелю, Крона остановилась, подняв руку. Они обнаружили часть подземного города. Сразу за узким проходом между стен эхом разносились звуки разной деятельности – стук и лязг. Запах кипящего тушеного мяса смешивался со зловонием отбросов, и живот Кроны пригрозил вывернуться наизнанку.
По серо-зеленым кирпичам потолка колыхались, как в кукольном театре, тени, кружась в хороводе почти с хореографической точностью. Крона спрятала осколки колбы под плащ.
Отбросы не были такими, какими их считало большинство лутадитов. Они не были слишком грязными, не были слепыми и не были преступниками. Они не боялись солнца и не поклонялись крысам. Они были просто людьми, но со своими обычаями и традициями.
Пробираясь вперед к мерцающему свету, сестры выглянули из-за угла и увидели густонаселенный поселок. Деревянные колонны поддерживали несколько навесов, которые защищали поселок от влаги, маленькие бусины которой стекали по трещинам в потолке, капая сверху вниз с раздражающей нерегулярностью.
Яркие краски в Подземье отсутствовали, зато рельеф и текстура поражали воображение разнообразием. Одежда была крепкой, объемной, и каждая строчка на ней выделялась. Мужчины не носили глубоких декольте, по моде Лутадора. Наоборот, они прикрывали себя, как можно больше, чтобы защититься от сырости и холода. Многие были в толстых капюшонах, а женщины кутали шеи и лица шарфами и платками. Дети – их было не так много, как заметила Крона – ходили почти раздетыми, но на них были накинуты грубые одеяла, чтобы кутаться на случай холода. Младенцев пеленали родители, а те, кто постарше, вынуждены были пеленать себя самостоятельно.
Новые сооружения – те, которые люди построили вместо разрушенных, например, колонны – были полностью покрыты резьбой из повторяющихся абстрактных узоров. И хотя у них имелись лампы и много света, прикосновения были гораздо важнее зрения.
У маски Имбалы оказалось целое множество мнений об эстетике Подземья и отбросов, и не все из них отрицательные, но их было достаточно, чтобы Крона подумала, что надо бы снять маску, успокоиться и оценить все самостоятельно.
Один мужчина склонился над гончарным кругом, оставляя глубокую канавку на горловине чего-то, похожего на графин для питья. Он небрежно махал понурому мальчишке всякий раз, когда молодой человек пытался что-то сказать.
