Лиловый рай. Роман. Том первый полностью

Условие держать язык за зубами, поставленное Стивом Жуке Мораешу и без обиняков принятое им, оказалось весьма непростым к исполнению. Как можно не фиксировать для вечности собственный труд такого уровня, не складывать в портфолио очередные файлы и вообще делать вид, что занимаешься проектированием автобусной остановки, когда в голове роятся поистине гигантские планы, а в руках он держит открытые специально под проект счета? Как промолчать, когда хочется кричать во всю глотку? Мораеш откровенно не понимал, как возможно подобное издевательство над собой. К тому же он привык обсуждать каждый прожитый день с двумя самыми близкими людьми в жизни – с женой и тёщей. Сыну простых родителей из глубинки Байи, всему в этой жизни обязанному самому себе, Жуке Мораешу необходимо было ощущение опоры под ногами, и так уж вышло, что обеспечить её удалось только его жене и её матери. Они жили им и ради него, думали вместе с ним и общались только с ним. Мораеш и не оставил свою малоприбыльную работу никому не известным смельчаком, бросившим вызов обществу попыткой вести самостоятельную игру, именно благодаря надежде, которую вселяли в него его женщины.

– Мы верим в твой талант, Жука, – говорила ему тёща, когда он приходил домой после очередного бесцельно прожитого дня.

– Я в тебя верю, дорогой, – говорила любимая, засыпая у него на груди.

Поначалу он терпел. И когда заключил договор и ограничился кратким объяснением, что, если всё получится, они вылезут из бедности. И когда засел за проект и подчас не выходил из офиса сутками. И когда заявил, что ему придётся уехать на длительный срок и он не может сказать куда. Но по мере продвижения лучшего приключения в его жизни Мораешу всё больше хотелось поделиться с женой и тёщей своим триумфом, и желание это становилось нестерпимым.

Как не рассказать им, каких высот он достиг? Это же невозможно!

Он долго думал и в итоге нашёл выход из создавшегося положения.

Он сделает отчёт в виде письма. С подробным описанием. На простом, понятном его женщинам языке, так, как мог бы говорить с теми, кто не имеет специального образования и просиживает часами у телевизора или в социальных сетях, просматривая сериалы в ожидании, пока он вернётся домой. Без уклона в профессиональный сленг, простым разговорным языком, с фотографиями, видеороликами и пояснительными текстами.

Чтобы не опасаться, что записи обнаружат, Мораеш сделал на рабочем столе отдельный документ и защитил его кодом, не подозревая о том, что первым делом парни из агентства взломали на его компьютере все пароли и коды и с той поры внимательно отслеживали каждое напечатанное им слово.

– Всё утро читал твои записи, кариока, – услышал Мораеш голос Джанни в смартфоне в тот день, когда сложил в тайную папку полный текст послания. – Да ты прямо Жоржи Амаду, парень. Ничего, что я привёл в пример именно Амаду? У вас столько современных талантов в Бразилии, а я вспоминаю классика. Прости, но я консерватор во всём, так что довольствуйся для сравнения старым, проверенным именем. Так вот…

– Джо, я…

– Ничего не говори. Я понимаю причины, побудившие тебя делать записи, но тебе придётся смириться с необходимостью опираться лишь на собственную память.

– Я…

– Ты не останешься без заказов, как и договаривались. Будешь работать на корпорацию, и тебе не будет скучно. Обещаю. На этом всё.

– Я понял, Джо.

– Ты сам это читал? – спросил Стив, кивком указывая на отдающий металлическим отливом диск, лежащий на отделанном орехом столе в его служебном кабинете.

Джанни молча кивнул.

– Писатель, мать его.

– Зато интересно было почитать, – пожал плечами Джанни.

– Да? Советуешь?

– Выглядит так, будто писала моя бабушка. Его женщины из простых. Он и писал им по-простому.

– Женщины?

– Да. Бабы. Жена и тёща.

– Совсем как у меня.

– Ага, – усмехнулся Джанни и покинул кабинет.

«Интересно будет почитать о собственных достижениях, – подумал Стив, когда на экране появились первые фотографии. Он погрузился в просмотр. – Это ведь мои достижения, Жука? А ты думал, что твои. С чего это ты так решил, Жука?»

«Моя любимая и ты, моя дорогая тёща! Посвящаю вам обеим рассказ о самом интересном проекте в моей жизни.

Я работал в поте лица день и ночь и думал о тебе, любимая. Вот селфи, я сделал его в разгар работы. Кого, как не себя, показывать, когда думаешь о жене?

Смайл. Точнее, тысяча смайлов.

Ладно. Хватит болтать, Жука. Рассказывай.

Я постараюсь быть кратким. Если не буду краток, вы просто утонете в море информации, а я против этого. Смайл.

На первой фотке тот самый остров, которому я посвятил последние годы жизни. Я строил на острове виллу для одного богатейшего чувака из Нью-Йорка. Виллу вы увидите позже. Буду выкладывать снимки постепенно, чтобы вы поняли объём проделанной работы.

Скал, что на первой фотке, уже нет. Вместо них мы нарастили два широких земляных холма со специально спроектированной сейсмоустойчивой подушкой. Дали холмам названия – Первое плато и Второе плато, выровняли их и вырыли два огромных котлована для фундаментов и коммуникаций. Разбили по периметру по-настоящему роскошный парк.