— Не грусти, Ян. Всё будет хорошо. Своею грустью ты сводишь с ума не только себя, но и остальных. Поверь есть люди, которым приятно видеть тебя радостным, а ты печалишься, — сказала Сюзанна и ушла.
Двери, ведущие в жилую части звездолёта, открылись и коридор проглотил её.
Ян постоял ещё немного один и решил, что пора бы уже двинуться спать, что и сделал. Придя в свою каюту, он не раздеваясь лёг на диван, но сон в очередной раз покинул его — он был очень возбуждён, эмоционально и физически. Теперь он думал лишь об одном человеке — о Сюзанне.
И он не понимал, почему вот так, только-только простившись со старой любовью, он так быстро и внезапно влюбляется вновь. Но Ян ничего не мог с собой поделать — он ощущал этот процесс почти на физическом уровне, и не силах был, как тогда — на орбитальной станции, и раньше — на земной базе «эсбэ», в данный момент приказать что-что своему телу и своему разуму, тем более не любить. Ему, с одной стороны, конечно, было немного стыдно перед собой, ведь он, по земной традиции, до конца не выполнил траурных обязательств. Но, с другой стороны, они с Ранди расстались ещё год назад, и даже до этого они всего лишь просто были влюблённой парой, а не мужем и женой. Всё это каким-то образом постоянно крутилось в его голове, но он постоянно мысленно возвращался к Сюзанне.
«Почему Сюзи всегда говорит такими многосложными загадками?» — думал Ян, лёжа на диване в своей каюте. «Почему она не могла просто сказать, что влюблена в меня?» Он был твёрдо уверен в том, что его чувства взаимны.
И как он удивлялся, что его мысли вот так, будто по щелчку выключателя, обрели новый объект — он переметнулся от Рандалл и так внезапно начал «страдать» о Сюзанне…
Вдруг его мысль прервалась. Ян почувствовал, что перед его дверью кто-то стоит и желает войти.
— Иван, входи! — крикнул он.
Ян почувствовал, что это Вуревич, когда тот ещё не успел постучаться. Войдя, тот отметил:
— Да, мне рассказывали, что ты можешь узнать, кто стоит у тебя под дверью. Странно, но я почему-то сомневался в этом.
— Какие слухи обо мне ходят ещё?
Ян заметил, что Вуревич что-то держит в руке, но Вуревич тут же отвлёк его ответом:
— Ну… там… что ты можешь заставить детонировать взрывчатку без детонатора, на расстоянии при помощи силы мысли.
— Было такое дело. Только тебе приврали немного. Детонатор там всё-таки был. Я его лично устанавливал. В тот раз я просто не успе…
— Да я не за этим пришёл, Ян.
— Выкладывай.
Вуревич осмотрел комнату Яна. Всё было здесь обставлено с той лёгкой простотой, что присуща всем офицерским каютам: диван, на ночь превращавшийся в кровать, стол и два стула, на одном из которых сидел Вуревич. В углу была брошена сумка — все нехитрые пожитки Яна, которые были собраны им сразу после вступления в сопротивление — Гарвич всегда настаивал на том, чтоб каждый Лиловый всегда был готов к депортации или к отлёту. Сумка была не очень толстой — Яну практически ничего не нужно было забирать с Земли, разве что свою совесть.
Вуревич начал откуда-то издалека и крайне деликатно:
— Ты хороший человек, Ян. Таких на Земле мало, не то, что в Азуре. Тем более с такими способностями, как у тебя. Похоже, таких совсем нет, — он немного помолчал, — Началось восстание, ты можешь погибнуть. Не самая удачная для тебя участь, правда?
Лежавший до этого, Ян медленно сел, словно недоумевал не только головой, но и всем телом. Он совсем не понимал, куда клонит Вуревич.
— Ты всегда мечтал о свободной Земле, но ты никогда не думал, что может случиться с ней, если она станет свободной. Она останется одна. Одна, как и была раньше. Я всегда думал, какова вероятность того, что Земля, освободившись от ига, найдёт себе в космосе друзей, а не врагов, более мощных, чем Азур. Врагов, могущих разнести в пыль галактику, например. На нашей Родине сейчас льётся кровь. Люди, совсем неотличимые друг от друга, убивают друг друга. Я не вижу большой разницы между азурцем и землянином. Я подумал немного и решил, что эта бойня бессмысленна. Можем ли мы говорить, что мы правы, а не кто-то другой? И где гарантия, что мы победим?
— С нами правда — вот наша гарантия! — ответил Ян, и тут же заметил какая пафосная фраза у него получилась.
— Я боюсь, — продолжал Вуревич, — что Азур просто уничтожит нашу планету. И ты в силах спасти её.
— Что ты имеешь в виду?
— Ян, ты думаешь, что единственный, кто может, выбивать стулья из-под людей и гнуть ложки? Это всё чушь. Ты с рождения умеешь пользоваться энергией ци, так называли эту энергию древние. Ци, система бесконтактного боя — всё это было известно спецслужбам до появления Азура, не удивляйся. Мне пришлось этому обучиться. Что-нибудь слышал про такое?
Ян покачал головой:
— Нет. Что ещё за энергия такая?
Вуревич призадумался. Потом ответил:
— Ну… Сложно объяснить это вкратце. Это энергия, пронизывающая всё сущее. Не просто всё живое, а именно сущее.
Он помолчал две секунды, а потом продолжил:
— Это то, из чего состоят электроны.
Ян поморщился, выражая всем видом единственную мысль: «Что ещё за глупости!»
