Он оказался теплым и солнечным. Я откровенно скучал, пока Владимир спускал морковь в погреб. Подставил лицо осеннему солнцу и расслабленно выдохнул. Где-то далеко, в листве пожелтевших лип, чирикали воробьи, трудники гремели ведрами и железными тазами. Мое уединение и спокойствие вдруг нарушил телефонный звонок. Владимир был неподалеку, поэтому быстро подошел ко мне.
– Ответишь? – он показал мне экран.
Я сжал губы в тонкую линию в раздумьях, но все же медленно кивнул. Послушник надел на меня наушники.
– Алло? – ответил я, глядя, как Владимир удаляется к погребу, оставив меня одного.
– Здравствуй, сын, – голос отца звучал сухо и холодно. – Когда домой собираешься? Еще не наигрался в отшельника?
Я сжал зубы и скрипнул ими.
– Не отшельник, а паломник. И да, пока не собираюсь.
Отец расхохотался, а у меня на щеках заходили желваки.
– Слышишь, мать? – по тому, что голос его стал глуше, стало понятно, что он обратился куда-то в сторону. – Матвей – паломник!.. – Отец снова издевательски хохотал, но через пару секунд взял себя в руки, его голос стал строгим. – Значит так. Даю тебе еще неделю, и за тобой снова приедут. Только в этот раз делегация будет побольше, твоему сопровождающему больше не удастся от них отбиться! У нас наклевывается крупная сделка, и требуется твое участие. Голова у тебя хорошо работает, так что перестань заниматься дурью и возвращайся. Я уже подготовил кабинет и помощника, который будет твоими руками.
– Я не приеду.
– Это невозможно… – пугающе тихо прошипел отец, потом заорал, – да что я сделал не так, что вырастил такого упертого, ни на что неспособного козла?!
Я чувствовал, как мои ноздри раздулись от злости.
– Хватит указывать, что мне делать! – заорал я, и на меня обернулись трудники и Владимир. – Ты не думал о том, что я не хочу заниматься твоим бизнесом? Что у меня есть свои интересы?
– Свои интересы?
– Да!
– И какие же?
– Я… Хочу рисовать.
– Это же несерьезно! Каким образом ты собираешься это делать в таком-то состоянии, идиот? – отец был прав, и это злило еще больше.
– Разберусь, – фыркнул я. – В любом случае, не приеду. По крайней мере, не сейчас, – и посмотрел на крышу дома Виталины, что маячила вдалеке.
– Ты как всегда… инфантильный и слабый! Променял работу в семейном бизнесе с высоким заработком на свои глупые интересы, которые попросту являются блажью!
Мы ненадолго замолчали. Я не знал, что ответить на его оскорбления.
– Значит, не приедешь?
– Нет.
– И не хочешь заниматься делами фирмы?
– Нет.
Я надеялся довести отца до белого каления из-за его безразличия ко мне и из-за того, что он управлял моей жизнью на свое усмотрение. Кажется, мне удалось, потому что следующее, что я услышал потрясло меня до глубины души:
– Тогда и денег ты больше не получишь! Я сейчас же заблокирую все твои счета! Насколько ты помнишь, не так давно я переоформил их на свое имя из-за твоей болезни, так что это не составит труда… – Он обратился куда-то в сторону; видимо, к своему помощнику, – Алексей Иванович, вам понятно мое поручение?
– Что?! – заорал я, но в трубке уже послышались три коротких гудка, а потом звонок полностью отключился.
На этот раз Владимир поставил на землю ведро с морковкой и направился ко мне. Он увидел на экране, что сеанс закончен, поэтому заблокировал телефон и вытащил наушники.
– Все в порядке? – послушник укладывал их в чехол.
– Так себе… – мой голос звучал расстроенно. – Отец пообещал заблокировать все мои карты. Как на зло, они все переоформлены на него, как на моего опекуна! Я ведь теперь, можно сказать, несамостоятельный. В общем, хочет оставить меня без средств к существованию!
– Может, тебе стоит смотаться к ближайшему банкомату и снять наличные, пока есть возможность?
– Уже поздно. Для него закрыть счета – дело одной минуты… одного звонка.
Я снова вспомнил неприятный разговор с отцом, и на мои виски начало давить.
Я зажмурился и мотнул головой, чтобы прогнать воспоминания с его оскорблениями.
– Почему он так поступил?
– Хочет, чтобы я вернулся домой.
– А ты?
– А я буду делать то, что сам желаю. Не по его указке. Надоело постоянно подчиняться!
– Значит, бунт? Хм… Я тебе так скажу. Чтобы быть независимым от других, нужно уметь самостоятельно себя содержать, а для этого надо работать. Жить на папины деньги, безусловно, комфортно, но ты ведь понимаешь, что это лишает тебя самостоятельности? Придется выбирать: либо пользоваться его благами и слушаться, либо зарабатывать самому и делать то, что хочется. Я бы посоветовал второе. Ты уже вон какой вымахал!
Владимир положил телефон и чехол с наушниками в карман моих джинсов и, кажется, похлопал меня по плечу.
– Как я буду работать в таком состоянии?
– Как писал поэт, желание – это множество возможностей, а нежеланье – множество причин.18 Жаль, что ты читаешь только книги по экономике и финансам, – пожал плечами Владимир, после чего вернулся к работе.