Гарри зашел в отель «Гранд», величественное викторианское здание в центре города, и спросил у швейцара, как пройти в ресторан. Он пересек вестибюль и с удивлением обнаружил небольшую очередь у конторки метрдотеля, ожидавшую места за столиком. Он встал в конец очереди, вспомнив, что мать никогда не одобряла его визитов к Тилли или в отель «Рояль» в рабочее время.
Ожидая, Гарри обводил взглядом ресторан, полный непринужденно беседующих людей, никто из которых, казалось, не боялся голодных времен и не думал вступать в вооруженные силы, если страна будет воевать. Серебряные подносы, нагруженные едой, вносили и уносили через распахивающиеся в обе стороны двери; шеф-повар катил от столика к столику тележку с говяжьей нарезкой, а за ним следовал помощник, с соусником.
Матери нигде не было видно. Гарри уже начал гадать, правильно ли он понял Джайлза, когда та выпорхнула из дверей, балансируя сразу тремя тарелками. Она расставила их так ловко, что обедающие едва ли вообще заметили ее появление, а затем вернулась на кухню. Мгновением позже она снова возникла в зале, на этот раз с тремя блюдами овощей. Гарри в очередной раз убедился, откуда в нем его неуемная энергия и сила духа, не допускающая мыслей о поражении. Сможет ли он когда-нибудь отплатить этой исключительной женщине за все те жертвы, которые она понесла…
– Простите, что заставили вас ждать, сэр, – обратился к нему метрдотель, прервав его размышления, – но сейчас у меня нет свободного столика. Вас не затруднит зайти минут через двадцать?
Гарри не стал говорить, что столик ему не нужен, и не только из-за того, что его мать здесь работает, но и потому, что он не мог позволить себе ничего, кроме соуса.
– Я зайду попозже, – сказал он, изобразив разочарование.
«Лет на десять попозже», – мысленно уточнил он, подозревая, что к тому времени его мать, вероятно, уже сама станет метрдотелем.
Он вышел из отеля с улыбкой на губах, сел в автобус и вернулся в порт.
