Поскольку места в рундуке было мало, Гарри затолкал маленький чемодан с гражданской одеждой под койку – единственный в каюте предмет, пришедшийся ему впору. Он открыл дверь, протиснулся обратно в коридор и отправился на поиски лестницы. Обнаружив ее, Гарри выбрался на палубу. И опять несколько пар подозрительных глаз наблюдали за его продвижением.
– Мистер Клифтон, – обратился к нему капитан, когда Гарри впервые ступил на мостик, – это Том Брэдшо, третий офицер, он поведет судно из гавани, как только нам даст разрешение портовое начальство. Кстати, мистер Брэдшо, – добавил Хэйвенс, – одной из наших задач будет на учить этого щенка всему, что мы знаем, чтобы через месяц, когда мы вернемся в Бристоль, команда корабля его величества «Решимость» приняла его за бывалого морского волка.
Если мистер Брэдшо что-то и ответил, его слова потонули в двух протяжных гудках сирены – звук, который Гарри за долгие годы слышал множество раз, означавший, что два буксира заняли места и готовы вывести «Девонец» из гавани. Капитан забил щепоть табака в видавшую виды вересковую трубку, а мистер Брэдшо ответил на сигнал двумя корабельными гудками, подтверждая, что «Девонец» готов к отплытию.
– Приготовьтесь отдать концы, мистер Брэдшо! – приказал капитан Хэйвенс, чиркнув спичкой.
Мистер Брэдшо снял крышку с латунной переговорной трубы, которую Гарри до этого почему-то не замечал.
– Всем машинам малый вперед, мистер Паттерсон. Буксиры на месте и готовы вывести нас из гавани, – добавил он, обнаружив легкий американский акцент.
– Всем машинам малый вперед, мистер Брэдшо! – ответил голос из котельного отделения.
Гарри бросил взгляд вниз на палубу и увидел, как команда взялась за дело. Четверо матросов, двое на носу и двое на корме, сматывали толстые канаты с причальных кабестанов. Еще двое втаскивали на борт сходни.
– Следите за лоцманом, – посоветовал капитан между затяжками. – Это он отвечает за то, чтобы мы благополучно вышли из гавани в Английский канал. Как только он с этим справится, командование примет мистер Брэдшо. Если из вас выйдет какой-нибудь толк, мистер Клифтон, через годик вам, может быть, позволят занять его место, но не раньше чем я выйду в отставку, а капитанский пост перейдет к мистеру Брэдшо.
Поскольку Брэдшо не улыбнулся даже краешком губ, Гарри промолчал и продолжал наблюдать.
– Никому не разрешается гулять с моей девочкой по ночам, – продолжал капитан Хэйвенс, – если только я не уверен, что не позволяется никаких вольностей.
И снова Брэдшо не улыбнулся, хотя, скорее всего, эта шутка ему уже порядком поднадоела.
Работа шла гладко, завораживая Гарри. «Девонец» отошел от пристани, с помощью двух буксиров медленно выбрался из порта, прошел по Эйвону и под подвесным мостом.
– Вам известно, кто построил этот мост, мистер Клифтон? – спросил капитан, вынув изо рта трубку.
– Изамбард Кингдом Брюнель, сэр, – ответил Гарри.
– А почему он так и не дожил до его открытия?
– Потому что у муниципального совета кончились средства, и он умер раньше, чем мост был достроен.
Капитан нахмурился.
– Теперь вы объявите мне, что он назван в вашу честь, – буркнул он, сунув трубку обратно в рот.
Он больше не заговаривал, пока буксиры не добрались до острова Барри, где дали еще два длинных гудка, отшвартовались и направились обратно в порт.
Может, «Девонец» и был старушкой, но Гарри скоро стало ясно, что капитан Хэйвенс и его команда отлично с ней управлялись.
– Принимайте командование, мистер Брэдшо! – приказал капитан, когда на мостике появилось новое лицо с парой кружек горячего чая. – Во время этого перехода на мостике будут три офицера, Лю, так что проследите, чтобы мистер Клифтон тоже получил свою кружку.
Китаец кивнул и исчез под палубой.
Когда огни гавани скрылись за горизонтом, волнение в море усилилось и судно качало из стороны в сторону. Хэйвенс и Брэдшо стояли, широко расставив ноги, словно приклеенные к палубе, а Гарри все время приходилось за что-нибудь хвататься, чтобы не упасть. Когда китаец появился снова с третьей кружкой в руке, Гарри решил не говорить капитану, что чай уже остыл, а мать обычно клала туда сахар.
Только Гарри начал понемногу осваиваться, едва ли не наслаждаясь новым опытом, как капитан снова обратился к нему.
– Вряд ли для вас сегодня найдется дело, мистер Клифтон, – сообщил он. – Почему бы вам не спуститься вниз и не соснуть чуток. Будьте на мостике к семи двадцати, заступите на утреннюю вахту.
Юноша уже собрался возразить, когда на лице мистера Брэдшо впервые появилась улыбка.
– Доброй ночи, сэр, – попрощался Гарри и спустился вниз на палубу.
Покачиваясь, он медленно двинулся к узкой лестнице, ощущая, как с каждым шагом к нему прикипает все больше взглядов.
– Должно быть, пассажир, – произнес чей-то голос достаточно громко, чтобы он услышал.
– Нет, офицер, – возразил другой.
– А в чем разница?
Несколько человек рассмеялось.
