– Волчонок. Ну надо же, – погладил его Алексей по голове, щенок прищурился от удовольствия. – Мне жаль твою маму…
Алексей сбросил тулуп и начал с отжиманий. Волчонок покружил вокруг дерева и забрался в рукав, наблюдая за хозяином. Попеременно Алексей добавлял новые упражнения: прыжки, хлопки, чередовал. Ива посмеивалась над его желанием иметь крепкое тело. А он просто хотел быть сильнее – настолько, насколько это было возможно. Не так давно он попросил Сальсу потренироваться с ним рукопашному бою. Полагаясь на внутреннее чутье, Алексей понимал, что когда-то ему предстоит встретиться с врагом лицом к лицу. Сегодня он ограничится упражнениями, ведь Сальса укатил в «Придорожный». Он стал часто уезжать, и отказывался отвечать на вопросы, держа что-то в тайне. Алексей не сильно об этом беспокоился, но иногда мысли сами прокладывали себе дорогу.
Закончив с упражнениями, он закутался в тулуп, подхватил волчонка, и пошел обратно к селу. Ива уже накрыла на стол. Алексей вдруг вспомнил, что еще не ел, и в животе у него заурчало. Воспоминания о «вспышке» вернулись, и он побледнел. Тело помнило боль, как бы разум не старался ее забыть. В такие моменты все в нем будто затихало, ожидая возвращения того ужасного времени.
Чуть позже они легли отдохнуть. Ива уснула, волчонок пригрелся у нее под боком и дрыгал во сне лапами. Алексей пролежал пару часов разглядывая потолок, и, как только стемнело, отправился на улицу. Возле пруда жгли костры, жарили мясо. Запах возбудил рецепторы, и он вновь притаился, но наваждения и боли не последовало. Поболтав у костра с молодыми ребятами, он отправился к мазанке вожака, по пути наткнувшись на Борю, ворковавшего с женщиной. Когда Боря попадал в радиус действия чар Натали, он становился бесконечно хихикающим подростком.
– Яго ждет у себя, – обнял Боря на прощание свою женщину, и увлек за собой Алексея, подталкивая его со спины. – Сальса только приехал.
– Я должен предупредить Иву. – Я засобирался, но друг схватил за рукав пробегавшую мимо девушку и приказал ей передать весточку Иве.
Жилище Яго ничем не отличалось от других, разве что было чуть больше. Буржуйка, матрас. На столе мясо, овощи и бутылка «мутной». Яго сидел растопырив колени, не помещавшиеся никак иначе. Его смуглый накаченный торс был обнажен, не считая меховой жилетки.
– Садитесь! – пригласил их вожак в своей неизменной пугающей громогласной манере.
Они опустились за стол, выпили, закусили, в голове помутнело. Сальса присоединился к трапезе последним. Он был измотан, тени пролегли у него под глазами.
– Где тебя носило? – с набитым ртом поинтересовался Боря.
– Уже начали? – проигнорировал Сальса вопрос. – Что за собрание? – отхлебнул он «мутной» из чашки.
– Мы в опале уже три месяца, – перешел к теме собрания Алексей. – Полицаи призвали все силы. Когда сопротивление на границах столицы прекратится, они замнут это дело.
– И у нас больше не выгорит, – подытожил Сальса.
– Пока нет. Но мы должны использовать время с умом. Начать нужно с лагеря. – Боря встрепенулся.
– Его выжгли дотла, – помрачнел он.
– Люди могли вернуться. Нужно разведать.
– Согласен, – пробасил Яго, наконец отвлекшись от еды. – Я дам транспорт и оружие. Поезжайте. Мысль дельная, – вновь принялся он ловить помидор на тарелке.
– У тебя есть план? – схватил его за руку Сальса.
– Драган собирал единомышленников. Как раз перед тем, как Данила нас сдал, должны были приехать…
– Тверские, – ошалело закончил за него Боря. – Я и забыл. – Алексей вытащил из кармана маленькую телефонную трубку старого образца.
– У меня остался его телефон. Я порылся и нашел в контактах номер, – показал он друзьям экран, отображавший название: «Володя Тверь». – Полагаю, стоит с ним связаться. Нам нужны люди и оружие. Возьмем гадов числом.
– Захотят ли они сражаться? У полицаев техника и подготовка, а у нас что? На врага пойдем с вилами? – хмыкнул Сальса.
– Они наверняка хотят исцелиться, – уставился на него Алексей. – У тебя была «вспышка»? – Друг заметно напрягся, поднялся с места и молча вышел из дома.
– Он подавлен. Драган был его другом, Серый товарищем, – оправдал его поведение Боря. – Поехали завтра в лагерь вдвоем. Не будем его трепать, – предложил он, и Алексей согласился.
Утром Алексей тихо выскользнул из мазанки, заглянул к соседям, и попросил передать Иве, что скоро вернется. Он знал, что сцены не избежать, но решил не начинать ее раньше времени. Они с Борей отыскали в лесу капсулу, о которой им говорил Яго. Стянув брезент, он охнул, ведь аппарат был белым.
– Бабкин ты внук! – воскликнул Боря, запрыгивая в салон, и радуясь, словно ребенок.
