– Не двигайся, – прорычала девушка. – Активирую, и разметает по стенам глазницы. Ты видел, как красиво вылетают мозги? – смотрела она на него блуждающим взглядом. – Такие, как вы, приходили. Убили моих сестер. И меня пытались! – взревела она. – И где они теперь?! – кивнула на дверь, а затем безумно зашептала: – Он обещал забрать меня, любить. Он обещал.
– Слушай, успокойся. Мы пришли помочь, – смотрел он на Борю, стискивающего зубы (видимо, ошейник причинял ему боль).
– Попрощайся с другом, – пригрозила девушка, и тут он вспомнил, где видел ее роскошную гриву.
– Ты говоришь о Даниле? – Боря прижал руку к животу и незаметно для нее покрутил, мол: продолжай.
– Он меня бросил. Ради нее наверное, – всхлипнула девушка.
– Как тебя зовут?
– Алёна.
– Я не хочу лишиться друга. Он мне очень дорог, – попытался вразумить ее Алексей, но лицо девушки вдруг исказилось.
– Я не позволю себе навредить, – процедила она сквозь зубы и потянулась к пульту.
Алексей был напуган, но все-таки вытащил из-за пояса нож и бросил. Он не был уверен, что попадет. И действительно – промахнулся. Но девушка испугалась и закрыла лицо руками, выронив пульт, а он быстро его подобрал. Боря развернулся и отвесил нестабильной Алёне пощечину, – девушка повалилась.
– Как это снять?! – взревел перенервничавший товарищ. Алексей приблизился к рыдающей девушке и поднял ее за шиворот.
– Как снять? – повторил он вопрос, но она отвела в сторону взгляд.
Тогда он схватил девушку за лицо, вспомнил об Айзиксоне, и потрясенно ее отпустил. Наблюдая за ним, Алёна указала на металлический рычаг, торчавший из ошейника со стороны затылка. Алексей собирался его нажать, но Боря перехватил его руку.
– Давай дома, – покосился он на безумную.
– А с ней что?
– Возьмем с собой. Найди, чем связать ей руки.
Алёна не хотела идти, Боря толкал ее в спину. Конечно, ему не нравилось иметь дело с девчонкой, но что с ней было делать? Она окончательно спятила и несла какую-то чушь. Были в ней и просветы о взрывах, вертолетах, людях в сером. Она вспоминала сестер, рыдала, смеялась. Возле капсулы он крепко связал ей руки, а Боря бесцеремонно воткнул в рот кляп. Поначалу девушка пыталась мычать, но, выбившись из сил, насупилась и сверлила Борю глазами в зеркало заднего вида.
До наступления темноты они добрались до села. Капсулу оставили на том же месте. Девушка уснула, и Боря подхватил ее на руки. Жители уже разжигали костры. Яго заметил их, перевел взгляд с Бориной шеи на пленницу, и приказал следовать за ним. Алексей же решил найти свою женщину. Закутавшись в тулуп, она грелась у костра и делала вид, что его не существует. Поравнявшись с ней, он тяжело вздохнул.
– Привез подружку моего бывшего? – Алексей старался понять, обижена ли она, но Ива говорила бесстрастно.
– Ты ее знаешь?
– Ну, конечно. Она ведь спала с моим мужем, – обожгла она его взглядом. – Кого-то еще удалось спасти? – Он покачал головой.
– Я нашел кое-что в комнате твоего брата, – передал он ей альбом, и на глаза у Ивы выступили слезы. – Если ты не готова, я его приберегу. Вредить сейчас ребенку, не лучшая идея. – Девушка крепко его обняла, утыкаясь носом ему в воротник. – Где наш фашист? – огляделся он в поисках волчонка. Ива рассмеялась сквозь слезы.
– Я люблю тебя, знаешь? – улыбнулась она почти счастливо.
…После ужина девушка взяла в руки альбом. Переворачивая страницы с фотографиями, она плакала. Волчонок положил мордочку к ней на колени и изредка поскуливал, жалея свою хозяйку. Алексей достал остальные предметы, добытые им в сундуке, и фото в рамке. Ива взяла его и улыбнулась.
– Первая ярмарка. У меня было точно такое же, но оно осталось в доме…
– Данилы, – закончил он за нее, справляясь с нахлынувшей ненавистью, которую он питал к этому гаду.
– Ревнуешь?
– Еще чего! – фыркнул Алексей, принимаясь за белый конверт.
В конверте лежало письмо, написанное корявым русским языком. Алексей припомнил речь Драгана, – Ива была образованнее брата и не обременяла речь акцентом.
«Здраво, Алёша, – начал читать он письмо, удивляясь, что оно адресовано ему. – Вечером мы совершим вылазку, но меня не покидает дурное предчувствие. Ты попал в лагерь не просто так… – здесь лидер открывал правду, которая Алексею уже была известна. – …Если я не вернусь, ты должен закончить начатое. Знаю, глупо требовать этого от человека, который тебя совсем не знает. Но я знаю тебя, Алёша! Я знаю, что ты умен. Пойми, я не стал бы просить незнакомца, имей я выбор, – далее он описывал план. – Если с цистерной не выгорит, найди Володю Офицерова. Он собирает людей с начала эпидемии. Объединись с союзниками.
Алёша, я не знаю, как закончится вылазка. Я не знаю, смогу ли завершить дело сам. И потому я отправил ученых, создававших лекарство, к Володе в Тверь. Никто не знает об этом, даже Ива. У меня были причины скрывать это от сестры. Если тебе придется продолжить противостояние, желаю удачи! И помни, будущее в наших руках! До скорого».
Ива оторвалась от альбома и заглянула ему через плечо, пробежавшись по тексту.
