Высокая темноволосая женщина в полупрозрачных белых одеяниях с разрезами почти до талии степенно зашла в зал. И она… Ее лицо. Я словно гляделся в зеркало, сильно искажавшее мои черты. Рядом с ней шел мальчик лет пяти, не больше, такой же темноволосый, но с небольшими рогами, чуть выглядывавшими из волос, в белых шортах и белой рубашке, за руку с другой женщиной – ее наряд был поскромнее и красно-золотого цвета. А следом шествовала толпа придворных.
Я вспомнил портрет – сходство было очевидным.
Музыканты сыграли торжественную мелодию, пока императрица Аниса, расточая улыбки направо и налево, дошла до старшины, стоявшего на трибуне.
– Рэджинальд, приветствую.
Старшина, закряхтев, сделал низкий поклон и ответил:
– Это я, нижайший и ничтожнейший слуга, смотритель этого места, благодарен вам, ваше императорское величество, за принятое приглашение.
– Ну что ты, что ты, – гостья по-птичьи быстро наклонила голову. – Настала именно ваша очередь принимать мою скромную персону.
И она обратилась уже ко всем собравшимся в зале:
– Радуйтесь, подданные мои! Сегодня наших доблестных защитников стало больше. Мы можем спать спокойно: у нас есть стражи!
Она взяла бокал с почтительно протянутого ей подноса и подняла его высоко в воздух:
– Порядок, Закон и Честь!
– Порядок, Закон и Честь! – хором ответили все присутствующие.
Она пригубила красное вино и после расхохоталась. Я вздрогнул.
– Да начнутся танцы! – Она бросила бокал на пол, и тот разлетелся тысячей осколков. Но никто не смутился из-за ее поведения. Напротив, придворные одобрительно зашумели.
Да, если это моя сестрица, то я готов остаться сиротой…
В руки мне внезапно сунули два бокала. Я посмотрел вниз, а затем направо: рядом стоял капитан Вильям. Он наклонился к моему уху и прошептал:
– Ты должен подойти к императрице, когда та остановится около тех двоих, – он кивнул в сторону Дэниела и мужчины рядом с ним. Они опять стояли вместе. – Предложи ей коктейль. Это ее любимый – она не откажет.
– Принято, капитан Вильям, – тихо ответил я, не спуская глаз с императрицы. Капитан сжал плечо и отошел от меня.
Она спустилась с трибун и, покачивая бедрами, прошлась по залу. Ласково потрепала одного из стражей по голове, потом остановилась возле группы хихикающих девиц. Они прибыли вместе с ней и всем видом показывали, насколько мы далеки от их общества.
Картина, которую я не раз видел в своей жизни. Сильный и богатый думает, что его богатство и статус дают ему право насмехаться и унижать кого-то в жизни. Но, насколько я успел изучить систему этого мира, это просто были дочери богатых и влиятельных домов. И все, что они сейчас имели, было нажито не ими – просто удача родиться в семье поуспешнее, чем у других.
К императрице подошла Элли и присела в глубоком реверансе. Та одобрительно кивнула и что-то произнесла ей. Элли застенчиво улыбнулась, и они пошли в сторону, к балкону.
Открытый вырез на спине императрицы показал безупречную гладкую кожу.
– … да, сожгли тогда все запасы и обокрали обоз, – раздался голос совсем рядом. Я невольно прислушался.
– Когда уже их всех отловят. С каждым годом все больше аристократов страдает от рук мятежников.
– Я сам еле ноги унес. Говорят, что если они тебя отловят, то даже выкупом не отделаешься – верная смерть.
– Да, но как они могут сомневаться в том, что императрица…
– Никак вы сейчас на измену намекаете, Орил?
– Нет-нет, что вы! Я лишь цитирую слова мятежников, не более, – испуганно отозвался голос.
Я незаметно повернул голову влево – рядом стояли двое из окружения императрицы. Один из них, темноволосый толстяк, с паникой отвечал холодно смотрящему на него высокому молодому человеку в черном камзоле.
Про мятежников я слышал не впервые. Мастин заставил меня хорошенько изучить этот момент современной истории Таррвании. Говорят, что после прихода к власти нынешнего императора многие законы изменились и недовольных стало больше. Особенно тех, кто почитал драконов другого цвета: их храмы обложили непомерными налогами, а через какое-то время и вовсе уничтожили.
На их месте теперь стояли храмы Зеленого дракона, а по всей Таррвании провозглашен его культ, дитто которого и был действующий император Астраэль Фуркаго.
Только вот правление императора длится уже почти тысячу лет. И ни одному из домов не удалось сместить его. Любой бунт жестоко подавлялся, проклятая провинция была под контролем бастарда, а жители Таррвании уже и не пытались бороться.
Кроме мятежников, выступавших под эгидой Сопротивления.
Я вернулся к слежке за императрицей – она шла от балкона, но уже без Элли. И направлялась прямо к Дэниелу. Я медленно направился туда же.
Мужчина рядом с Дэниелом тем временем осушил уже пятый бокал – рядом стояли четыре пустых.
Однако как быстро.
Императрица Аниса подошла к ним. Передо мной сразу же оказалось несколько придворных, заслонивших обзор. Я протолкнулся вперед.
– Приветствую, Костера-а-аль, – протянула она. – Видел моего сына Винсента?
– Ваше императорское величество. – Он сделал поклон. – Прибыли с этим ублюдком?
Та хищно посмотрела на него и усмехнулась:
– Все такой же дерзкий.
