Через два дня плавания корабль оказался возле Миралиласа – территории маррдеров.
Командир Кристен настояла на поиске водоема с пресной водой – пять дней пути уже обязывали нас очистить тело от грязи. Мы плыли вдоль сумрачного покрова, в котором едва угадывался берег, а после пришвартовались в бухте.
И вышли на крутой каменистый берег. Команда осталась на корабле. Четверть гонга подъема наверх, и нам открылась равнинная местность с изумрудно-серой травой. По крайней мере, такой она выглядела в сумерках.
До цепочки из трех озер, указанных на карте Сожженных земель, мы добрались через полгонга пути.
Эжен и Иниго уже заканчивали приводить себя в порядок. Кира и командир стояли на страже, пока я натягивал сменную форму.
Из темноты послышалось блеяние. А за ним и конский топот.
Я прищурился.
Одна за другой возникали головы, затем тела, выше и намного больше, чем у обычных овец. Морды более вытянутые, схожие с драконьими, и слегка светящаяся зеленым светом длинная шерсть.
– Прекорры, – шепнул Эжен.
– Ну-ну, милые! – обогнав стадо, перед нами появился всадник – парень в свободной рубашке и кожаных штанах. К седлу у него был приторочен свернутый кольцом кнут.
Мы, уже полностью одетые, смотрели, как громадное стадо окружает озеро. Они прибывали и прибывали.
Командир Кристен знаком показала нам оставаться на месте и отправилась к всаднику.
– …которых в фольклоре на той стороне называют вампирами, но это не
– В этот раз совсем юнцы?
Фигура в черной одежде материализовалась перед нами. И это не было появление с искрами, шумом или плавное возникновение. Нет, просто – р-р-р-раз – и появился. Длинные белые волосы, светлая и гладкая кожа, острые черты лица, черные, богато расшитые одеяния. И руки. На них четко были видны аккуратные серебряные ногти. Длинные и заостренные. Казалось, что их прикосновение сразу оставит на коже глубокие порезы. Черная корона венчала его голову.
Безусловно, это был маррдер.
Рядом с ним появился и второй. В черном камзоле на кристально-белую рубашку и с торчащими вверх короткими черными волосами. Такие же кожа, когти, только глаза уже с яркой золотистой радужкой.
– Светлейшие маррдеры, – с подчеркнутой учтивостью обратилась к ним командир Кристен.
Ее лицо раскраснелось от бега к нам. Лицо же пастуха позади командира было ровным и безмятежным. Он пал на колени пред двумя маррдерами и произнес:
– Ваша светлость, Абеле привел стадо на водопой, разрешите Абеле не отвечать на вопросы стражей.
– Отпускаю, слуга, – махнул рукой маррдер с короной на голове.
Лицо Абеле просияло, и он удалился к стаду прекорров.
Второй же маррдер смотрел прямо на меня.
Я вздохнул.
– Что такое?
Тот ухмыльнулся и начал медленно хлопать. Меня кольнуло легкое чувство тревоги и какого-то дежавю – такое же, когда ты первые пять минут после пробуждения осознаешь реальность, отмахиваясь от сна.
– Поразительно! Насколько выборочно!
Он перестал хлопать, мгновение – и он растворился в воздухе. А другой маррдер молча показал нам, что мы можем пройти.
– Кто командир? Вы? – изящно ткнул пальцем с длинным серебряным ногтем в Кристен первый маррдер.
Командир Кристен коротко кивнула.
– Удивительно, что не пришел. – Он чуть помедлил. – Ваш капитан Вильям.
Имя «Вильям» странно растянулось у него, словно он пробовал слово на вкус и смаковал его.
– Кого назначили, те и пришли.
– Вы пришли удостовериться, что у нас царит порядок, и получить списки бунтовщиков?
– Ваша светлость, мы вынуждены удостовериться. И Бастарии поручено продлить договор поставки. Таррук уже подготовлен?
Маррдер кивнул и, развернувшись, повел нас вглубь равнины. Его ноги бесшумно ступали по траве, а плавные, тягучие движения цепляли взгляд.
Я мотнул головой.
Пока мы шли вслед за ними – Кира, Иниго и Кристен с Габриэлем впереди, – я шепнул Эжену:
– А кто это?
Эжен так же шепотом ответил:
– Габриэль – князь Миралиласа и глава маррдеров. Он уже более тысячи лет правит ими.
– А тот, другой? Наследник?
– Нет. А может, и да. Но мы никогда не узнаем, кто их наследник. До последнего вздоха. Проклятие главы – имя правителя узнается только перед смертью, – ответил Эжен. – Но странно, что нас вышли встретить они. А не их прислужники.
Из сумеречного покрова начали проявляться очертания замка. Три замысловатые башни, высокие темные окна. И в каждом из окон постепенно разгорался неровный свет от факелов.
– Ты меня действительно не помнишь? – прокрался в ухо шепот слева.
От неожиданности я махнул рукой и воскликнул:
– Нет! Я тебя впервые вижу!
Маррдер развел руками и закружился в перетекающем, плавном, размытом танце вокруг нас с Эженом.
– Алессандро… Алессандро! – скользил вокруг меня его голос. – Так ты меня действительно не помнишь? Ты не помнишь, как ты был на этих землях?
