Я посмотрела на знатоков биографии Павлецкого. Наверняка среди них есть тот, кто знает, в каком году родился его дедушка, но они не успели ответить.
– Что ты, – заговорила Таисия Арсеньевна, – ты хоть помнишь, в каком году война-то кончилась? Он ведь мальчишкой был. Но бегали они в лесу тут у нас… Вы хоть знаете, что тут боевые действия шли в лесах?
– Не откланяйтесь от темы, – строго попросил Саша. То есть практический приказал. И таким тоном, что старуха быстро закруглилась:
– Короче, он хранил наган дома как трофей. Нигде, конечно, не числился. Вот я и дала Сереже. У меня-то нет таких знакомств! А Сережа – родственник второго мужа моего, с которым я прожила всего год. И он нашел какого-то нарика, который за весьма скромную сумму застрелил моего недоумка… Мы ему маршрут предоставили, выловить Яна одного и в темное время суток было легко. Ян, хоть и считал себя звездой, но был беспечен. Когда он начал песни петь политические, я уж понадеялась, что грохнут его, молилась и крестилась, чтобы как Навальному ентому яда подсыпали какого или прирезали… Но нет. Им начхать. А тут он застукал меня возле бани. Я туда бегала складывать траву. Я хожу в лес, собираю, сушу и отношу туда.
– Вы же не жили вместе тем летом, – вспомнила я слова Макарова.
– Да, я как раз доживала со вторым мужем. И он тоже пил по-черному. Иногда сбегала от него прямо в чем была – в халате и ночнушке. И тогда я просила забирать меня подруг. Тут в деревне живет, Галка, ты помнишь ее на показе фильма, вот они со снохой иногда ездили, забирали меня оттуда и привозили к себе. А я из леса носила в баню, код-то я знаю от ворот, мальчик мой больно самовлюбленный был, свою дату рождения поставил. Только дверь эта чертова скрипит…
– А как вы погреб этот сделали, – удивленно спросил Саша, – чтобы Павлецкий не знал?
– Так он же не от мира сего! Весь в фантазиях своих. Все пишет-пишет, напевает. А в быту – полный ноль! Я и посоветовала Сережу. Он на стройке сам работал много лет. Он координировал процесс, сам прораба нанял, давал задания, платил. Ян этого вообще не касался. Вот он и не знал, что у него имеется подпольная лаборатория на участке.
– Я, увидев вас в белом халате, так и поняла, что это вас он видел возле бани, – похвасталась я. – То есть не сразу, конечно. Я не могла сопоставить по датам. А оказывается, вы почти каждый день были в деревне.
– Все правильно, увидел меня, понял, что это ему не померещилось, нашел лабораторию в подполе. Не сразу, конечно, вначале на девку свою думал, которая на конях скакала…
– А на кладбище он тоже вас видел?
– Ну конечно, не призрак же! Мне надо было знать, надолго он туда пошел, успею ли я… Но потом поймал он меня все-таки. И поставил условие, что я это все прекращаю, и он сдает меня в интернат, а если нет, то заложит меня ментам.
– И когда он внес аванс за ваше проживание в интернате «Рассвет», вы поняли, что действовать нужно быстро. А как вы Макарова к суициду подтолкнули?
– Не пришлось подталкивать! Он сам в петлю полез от безысходности. Но в решающий момент струсил, слез…
– Но вы убедили его вернуться на стол. Скорее всего, чаек в этом участвовал, да? Чтобы стал более внушаем? А там уже и толкнуть можно, тут силы много не надо. Лишь бы сам в петлю голову сунул.
– Умная девочка. Не зря я тебя убить хотела.
– Ну, вначале только угрожающие записки подбрасывали… А уж когда я не вняла, так сказать…
Она смотрела непонимающе.
– Девочка, я никогда никому не угрожаю, а сразу устраняю. Если мне человек неугоден, какие-то записки – пустая трата времени, да еще и можно выдать себя.
– Да? – Странно. Кто мне записку подкинул? Видимо, Алена. Не могла никак совладать со своей ревностью.
– Но ничего тебя не берет! – продолжала сокрушаться старая. – Ни отравленный йогурт, ни отравленные оладьи, – в этот момент Элла победно воззрилась на меня, мол, я тебя от смерти спасла! – ни иглы в пирогах, ни дорогущие китайские вазы!
– А ремонт в комнате затеяли не просто так, да?
– Ну я же видела, что ты что-то вынюхиваешь! Ой… ну или ты, – посмотрела она на сестру. – И Сережа жаловался, что видел, как к нему в компьютер залезала. И в кабинете Яна заставали ее. Всюду свой нос сунуть надо!
– А комнату зачем обыскали мою, в смысле Наташину?
– Потому что Сережа пожаловался, что пропали копии некоторых документов. Копии – не оригиналы, с одной стороны не страшно, но в руках врага… В общем, в твоей любимой комнате я ничего не нашла и подумала, вдруг с собой возишь…
– А зачем снимок подделали? – спросила Элла. – Тот, где Павлецкий с Макаровым.
– Ну как же? Сережа-то не был фанатом. И не был другом ему. Ни одного общего снимка нет. А когда мы фонд придумали, то решили, что так лучше. То есть он придумал… Пусть будут общие фото. Тогда ни у кого вопросов не возникнет, с чего вдруг какой-то посторонний человек учредил фонд имени рэпера. Себя-то я не хотела вплетать. Я официально нигде не числюсь.
