Почему любой мужчина, увидев голую женскую задницу, считает своим долгом по ней шлепнуть? У Его Величества рука была тяжелая, припечатал он мне со свистом, и ягодицу обожгло — мама не горюй. Наверное, я всё же поспешила с предположением, что мне в подземелье с розгами понравится. Точнее, само-то подземелье может и понравится. А вот розги — вряд ли.
Халат я нашла там, где его оставила — в комнате для уединения Леонарду. Когда я оттуда вышла, эта парочка меня уже поджидала.
— Сейчас подойдет модистка с белошвейками, — стал давать указания Леонарду.
Его величество пялился мне ниже уровня плеч. Полагаю, этот извращенец размышлял о том, что у меня под халатом. Ничего! Ничего у меня под халатом нет! Доволен?!
— Ты изображаешь немую и глухую, — продолжал Верховный маг. — Они снимают мерки, уходят, вечером приносят новую одежду. Всё поняла?
— Только глухую и немую? — уточнила я. — Или еще и тупую?
— Нет, тупую тебе изображать не нужно, — подал голос падла деспот, дескать, и в натуре неплохо получается.
— Тогда поняла, — проигнорировала я грязные намеки. — Косплею Русалочку.
— Кому? — уточнил Лео, которому было не так зазорно переспрашивать. — Что?
— Не «кому?», а «что делаю?». «Косплею» — это глагол, означает «изображать из себя». Русалочка — это героиня сказки. Она жила в море, а вместо ног у нее был рыбий хвост. Однажды она спасла принца и влюбилась. Чтобы быть с ним на суше, она отдала Морской Ведьме свой прекрасный голос и стала немой.
— А дальше что? — не выдержал король.
— А дальше принц женился на другой.
— А Русалочку взял фавориткой? — уточнил он. Нормальная такая корпоративная этика.
— А Русалочка бросилась в море и превратилась в морскую пену, — обрадовала я его.
Про альтернативный вариант с убийством принца я решила не говорить. Язык мой — друг мой, пусть даже не надеются. Хотя Русалочкиных сестер я понимала как никогда.
— Странный он, этот принц, — высказал свое мнение Его Величество. — Если можно было выбрать из двух только одну, почему он женился на той, которая разговаривала? — поделился он с Верховным магом.
— У меня есть знакомый палач, — предложил помощь Лео, добрый и понимающий начальник, великий гуманист. — Он кого угодно лишит голоса, быстро и надежно.
Почему я не попала в какой-нибудь матриархат с гаремами из послушных мальчиков? Неужели я так много грешила в предыдущей жизни?
— Вы закончили с распоряжениями? — уточнила я. Мне эти пугательные шуточки уже поперек горла стоят.
— До вечера — да, — заявил Лео.
— Значит, теперь моя очередь. Мне нужны книги по истории и географии вашего мира.
Раз уж есть вероятность, отличная от нуля, что попала я по полной программе, нужно готовиться к выполнению должностных обязанностей.
— Всё? — уточнил мой шеф.
— Нет. Еще свод основных законов. У вас религия есть? Ну боги там…
Судя по тому, как быстро оба собеседника перекрестили руки на груди, касаясь ладонями плеч, есть.
— Значит, краткое изложение сути веры, описание обычаев и обрядов, — добавила я в список.
Леонарду хохотнул:
— А где мы будем спать? — он обвел рукой пространство спальни, намекая, что если всё принести, то места уже не останется.
— Я, в отличие от вас, вас ни в чем не ограничиваю, — напомнила я. — Где хотите, там и спите. Я не буду против, если вы выделите мне какой-нибудь кабинет, — предложила я и, заметив, как переглянулись собеседники, добавила. — Завтра. Завтра я уже буду одета как все и клянусь вести себя за его пределами как слепо-глухо-немая монашка, — пообещала я и тут же добавила: — Первое время.
И успела ровно за мгновение до того, как над головой короля полыхнули молнийки.
Ох и не нравятся они мне. Ох и не нравятся.
И тут в дверь в королевскую опочивальню открылась. Вместе с филиалом Бедлама в отдельно взятом королевстве. Будучи в здравом уме и своем мире, я читала, что жизнь монархов были лишена приватности, в том числе, в околопостельных делах. Но, батюшки, не настолько же! В помещение вкатилась шарообразных форм голоплечая барышня в кринолиновом платье и с канделябром на голове. Или как он там называется? Фендибобер? Короче, хренотенистой башней из волос в полторы головы высотой. Вот это я понимаю, упражнение для осанки! На шее барышни самоцветами переливался кружевной чокер. Я пригляделась — нет, камушки были обычные, без искорок. Но сама мысль об ошейнике меня не порадовала.
Хотя и слегка возбудила.
Вместе с канделябровой дамой в опочивальню втекли ее улыбающиеся подручные со шкатулками и отрезами тканей всех цветов и оттенков сине-фиолетовой гаммы. Видимо, модный нынче тренд. А может, еще какой-нибудь тайный смысл скрывался в выборе цвета. Или даже заговор. Только кто же мне об этом расскажет, если я сегодня Русалка безмолвная?
