— А для меня, представь себе, важно, как ты себя ведешь со знатью. Ты хочешь, чтобы тебя представили как советника и дали тебе должность. Но по твоему поведению будут судить не о тебе, будут судить о нас. Нам хватает недоброжелателей. Любой неверный шаг может пошатнуть весы…
— Да-да, баланс сил, бла-бла-бла… — не удержалась я.
— Алёна, я не знаю, как принято у вас, но у нас перебивать короля недопустимо, — просто удивительно, как Его Величеству в одной простынке на голые чресла удавалось держаться с таким подавляющим достоинством. — Ты здесь еще десяти дней не провела. Ты не осознаешь серьезности ситуации, в которой мы находимся.
— Как-то же Ваше Величество продержалось на троне десять лет при всей серьезности ситуации? — уела я его.
— Разумеется. Потому что в зародыше давил любые проявления непочтения. — Хм. Нет, не уела. — Ты же своим необдуманным поведением, привнесенным из другого мира, готова дать нашим противникам пищу для слухов, домыслов и кривотолков. Усиление та Куасталла нужно нам сейчас меньше всего.
— Я не хочу сидеть взаперти, — возмутилась я.
— А я хочу разложить тебя на кровати и сделать того, чего хочу уже четыре ночи подряд. Но вместо этого разговариваю и объясняю.
Туше. Это был аргумент. Серьезный аргумент.
— Спасибо, — признала я.
— От девушки, в совершенстве владеющей языком, «спасибо» — мало, — заявил мне этот ко… роль и придвинулся ближе.
— Моя должность, — напомнила я.
— То есть на самом деле ты готова заплатить за нее постелью? — перевернул «ко» всё с ног на голову, придвигаясь вплотную и упираясь мне в бедро тем, что не испугалось «зубамищелка».
— Нет, — возразила я.
— То есть, должность — отдельно, постель — отдельно? — Эльиньо загонял меня в угол в прямом и переносном смысле.
Вот что тут скажешь?
Блин.
Всё же животный магнетизм у него не отнять.
Его Величество потянул за пояс моего халата и уставился несколько ниже моего подбородка, туда, где под ночной сорочкой старушечьего покроя заострились соски. Он потревожил выпирающий бугорок центром растопыренной ладони. И второй. А потом спустил с моих плеч халат, легко подхватил меня на руки и уложил выше, на подушки. А потом задрал сорочку к самой шее. И сделал то, что хотел четыре ночи подряд.
В конце концов, мне нужно брать уроки терпения и почтения.
Я терпела.
Я сдерживалась.
Но всё равно кончила так, что думала, там и умру от взрыва мозга, позвоночника, репродуктивных органов и даже пальцев ног.
…Но нет, не умерла.
Я проснулась в постели Его Величества. В той, которая в его спальне. Разнообразия ради Его Величество я обнаружила там же. Он мирно спал с довольным выражением на козлиной морде. Фигурально выражаясь. Так-то, конечно, он был красавчиком. Сильным, умным и харизматичным. Как бедной девушке устоять перед таким комбо-королем? Я вздохнула. Наверное, слишком громко. Потому что Эльиньо открыл глаза и улыбнулся.
— Привет, — сказал он и потянулся ко мне рукой, чтобы поправить прядь волос за ухо.
Просто ми-ми-утро с ми-ми-монархом.
— Привет, — ответила я, усаживаясь на пятки и складывая руки на колени, как примерная девочка. — Знаешь, я подумала над твоим предложением и решила согласиться.
— Ты согласна стать Нашей фавориткой? — надменное выражение вернулось на коз… Простите, вырвалось. На королевское лицо, разумеется.
Мужик, ты сам-то знаешь, чего хочешь?
Я помотала головой.
— Нет, я согласна расплачиваться сексуальными услугами, — сообщила я.
Не, ну меня же всё равно поимеют, при его-то красоте-силе-уме-харизме. И я в итоге или получу кучу плюшек, или гордость, зато много. Я подумала, подумала… А зачем мне столько гордости? Солить, что ли? Заготавливать на зиму, чтобы давиться ею темными одинокими вечерами?
— И чего ты хочешь? — свысока поинтересовался лежащий передо мной король.
— Для начала — свою спальню, — мечтательно выдала я. — Во что мне это обойдется? — и двинулась к нему на четвереньках, изображая грациозную, я надеюсь, и соблазнительную кису.
— Зачем тебе своя спальня? — насупился Эльиньо.
— Не поверите, чтобы там жить, Ваше Величество! — жизнерадостно ответила я и лизнула его коленку, выглядывающую из-под простыни.
— А здесь тебе чем не живется? — поинтересовался король, демонстрируя безупречный покерфейс и сдвигая простынку с намеком на обстоятельства, в сторону которых мне следует двигаться.
— Ничем. Ничем не живется. У меня даже нет собственной уборной, — пожаловалась я, проводя языком от коленки к паху по внутренней стороне бедра и прикусывая кожу по пути.
— У тебя есть даже две уборные, — напомнил Их Величество, сильнее сдвигая простынь.
— Они ваши. А я хочу свою, — я села, показывая, что нет спальни — нет и продвижения к обстоятельствам. Утром — деньги, вечером — стулья.
— А Мы хотим, чтобы ты спала здесь, — возразил Эльиньо, вглядываясь в мои глаза. — Я хочу, чтобы ты спала здесь. Со мной.
…Не, ну как это называется?
Это называется «манипулятор». В его мире еще паравоз не изобрели, а манипуляторов уже целый вагон.
— Попроси о чем-нибудь другом, — продолжило Его Эгоистичное Величество.
— О чем угодно?
— Нет.
