Белошвейки шурхнули с насиженных мест, как стая воробьев при виде кота. Герцогиня неловко переступала с ноги на ногу на пороге. Понятно. Одно дело явиться на бал, и пусть докажут, кто у кого фасончик скомуниздил: герцогиня у фаворитки или наоборот. И совсем другое дело, когда тебя ловят с поличным.
Но на бал-то идти нужно…
— Как здесь стало миленько, — решилась тая, шагнув внутрь и с преувеличенным интересом оглядываясь.
— Спасибо. Мне хотелось хоть где-то во дворце воспроизвести обстановку моего дома, — вежливо, но с намеком ответила я.
Пусть гадает: то ли «дом» — это «родина», то ли «строение». Держу пари, что она подумает про второе.
— Ах, я понимаю, вам, наверное, очень тяжело здесь, на чужбине. Но нашим языком вы владеете очень хорошо, почти без акцента, — похвалила герцогиня и с любопытством подошла к импровизированному диванчику. Присела. Покрутилась, удобнее устраивая спину и копируя мою позу. — А где вы его изучали?
— Если честно, всё дело в магическом артефакте, — призналась я.
Это ничего, что я не знаю, где он. Хотя Лео уверен, что всё дело в королевской кровати. Но совершенно точно здесь говорят не на русском. И с репетитором по леденскому я не занималась.
— Да? Покажите, — подняла носик по ветру тая. Возможно, пыталась выведать тайну моего происхождения.
— Не могу, — честно ответила я.
Пусть сама додумывает, «почему». Я им сплетни сочинять про себя не нанималась.
— Расскажите о своей семье. Вы, наверное, очень скучаете по родным, — хитро вывернулась лисой собеседница.
Да, тай Лотер может себе позволить быть прямолинейным воякой. При такой жене отягощаться дипломатическими навыками — бесполезная трата ресурсов.
Мы, конечно, академиев здешнего высшего света не кончали, но тоже кое-что умеем.
Я подошла к окну, сдвинула портьеру и взяла с подоконника резную шкатулку. Я не успела как следует поблагодарить мастера и даже посмотреть, как удались картинки. Теперь наконец-то можно было на них взглянуть, и я внутренним трепетом и предвкушением сняла крышку и поставила шкатулку на столик, устраиваясь на «диванчик» поблизости. Взяла карты в руки, раскрыла веером и не сдержала восторга — такие они были красивые!
— Что это? — с деланным равнодушием потянула герцогиня шею в мою сторону.
— Это «пасьянс». — Я решила, что необычное иностранное слово придаст картам загадочность. Слово «карты» имело здесь только одно значение — географическое. Стоит ли с ним бороться? — Игра моей родины.
Любопытство лису сгубило. Переступив через самомнение, герцогиня с недовольным видом поднялась и присела на соседний «диванчик», подгребая под бок побольше подушек. Я развернула веер ей. Тая от восхищения прикрыла рот рукой. Я, насколько могла, объяснила магу-мастеру концепт аниме. И онеры были потрясающи.
— А как в это, — она ткнула мизинчиком в сторону колоды, — играть?
Я перетасовала колоду и принялась рассказывать.
— Пасьянс состоит из пятидесяти двух карточек. Но можно играть и с тридцатью шестью, — я стала выкладывать карты в ряд. — Есть картинки — аристократы, и цифры — слуги. Картинки неравнозначны по роли. Самая главная карта — Корона, — я показала на туз. — затем идет Принц, Герцогиня и Маг. — Надеюсь, пикантные истории из жизни герцогини в таком окружении они сами додумают. — Затем идут слуги по старшинству, они просто пронумерованы от старшего к младшему.
Тая согласно кивала. Зачем нужны названия слугам, если их можно просто пронумеровать?
— Это самая простая игра с пасьянсом, — я раскладывала «змейку». — Если через одну встречаются карточки одинаковой ценности или государства, вторая накладывается на промежуточную.
Вместо мастей мы взяли четыре ближайших государства, придав онерам типичные черты жителей. Я не могла проверить, насколько это удачная идея. Но другой всё равно не было.
Тая как-то очень незаметно, между делом просочилась на мой диванчик и стала шаманить с картами, перекладывая «пропущенные» мной.
— Подарите мне их, — вот так под дурочку сыграла герцогиня. Я чуть не подавилась, благо нечем было.
— Не могу. Жаль, что у вас так мало артефакторов, — посетовала я. — Они могли бы легко воспроизвести еще несколько колод. Но, — утешила я, — тай Леонарду планирует в ближайшие годы эту ситуацию поправить, если я правильно поняла.
— Это как же? — уничижительно фыркнула собеседница. Похоже, она не верила в Лео.
— Он… — начала я, но оборвала предложение. — Только, пожалуйста, больше никому! Вы единственная, кто принял и понял меня, поэтому я вам расскажу, но только по секрету. Даже мужу, прошу вас!
Ничто не побуждает женщину проговориться, как оговорка: «Никому!» Желание поделиться запретным жжёт ее изнутри каленым железом. А тут еще и четкая цель поставлена: муж. Должно сработать.
— Дело в том, что тай Лео недавно, копаясь в библиотеке в поисках оружия против родонцев, нашел интересный манускрипт. В нем говорится о методике обучения элементарным основам магии простолюдинов. Но так как он боится, что не получится, то планирует тренироваться по этой методике на своих слугах.
— Как же, «боится» он, — прошипела герцогиня.
