— Тем, что ты видишь у них искорки? — мрачно процедил маг.
Не бывала правящая пара на собеседованиях. Не бывала. Проблема у них со стрессоустойчивостью.
— Это очевидно, — дошли до Его Величества правила игры. — Чем еще?.. — он постучал пальцами по столешнице. — Судя по кузнецу, и если просто подумать, врожденная магия должна проявляться в ремесле. Ты на это намекаешь? — спросил Эль у меня.
— И что, колесить теперь по королевству в поисках самородков? — продолжал перечить Лео. Не будь он мужиком, подумала бы, что у него ПМС.
— У нас в мире есть конкурсы профессионального мастерства, — решила я переходить к сути предложения. — Обычно в них участвует молодежь. Это такой способ простимулировать их лучше учиться. А у вас праздники. Устройте какую-нибудь ярмарку. И там конкурс среди герцогов: у кого самые умелые работники. Конечно, не все умельцы будут отмечены искрами, я думаю, но вероятность найти «самородков» среди них намного выше.
Лео и король уставились друг на друга как удав в костюме кролика на себя в зеркале.
— У меня всё еще не укладываются вместе твоя внешность с твоими речами, — заговорил наконец Эль, обращаясь ко мне.
— У нас это называется «разрыв шаблона», — хохотнула я. — Это когда всегда после «один» всегда шло «два», а однажды вдруг «восемь». И ты смотришь на это «восемь» и понять не можешь: то ли ты сошел с ума, то ли мир изменился?
— Мир изменился, — хмыкнул Его Величество совсем по-человечески. — С твоим появлением этот мир изменился. Для меня — точно.
Разгорающееся в груди тепло словно сквозняком задуло от ледяной тишины со стороны Леонарду.
— Хорошо, найдем мы этих магов, — встрял Верховный маг. — Дальше что? Что дальше?
— Если я правильно понимаю, — я ограничила рамки своей компетентности, — то проблема в том, что аристократы считают, будто магия — это признак высшего сословия.
Я посмотрела на короля, который предвкушающе улыбался, потом на Лео, который так и не посмотрел на меня.
— Значит, нужно отделить магию аристократов от магии простолюдинов, — предложила я. — То есть у аристократов — «высшая магия», а у работников — «примитивная», например. И чтобы в это все поверили, нужно обязательно сослаться на авторитет. Какой-нибудь древний, всеми признанный и уважаемый источник, из которого следует существование этой самой «примитивной» магии, доступной простым людям.
Лео внезапно поднял на меня взгляд:
— Это может сработать! — заявил он и подскочил со стула, снимая салфетку. — Эль, я буду в библиотеке, — кинул он за спину.
Никакого уважения к монарху! Никаких хороших манер!
Это успокаивало.
Если Эльиньо привык к своей Тени, то и к моим закидонам привыкнет.
После ухода Лео за столом образовалась вязкое молчание, в котором даже кусок в горло не лез. Хотя, возможно, дело было в том, что я просто наелась. Во всей это нервной суматохе у меня и аппетита-то не было практически. Я отложила столовые приборы и взяла в руки бокал с вином. Это Верховный маг может себе позволить выскочить из-за стола раньше короля. Тем более, у него повод уважительный. А я и так уже монаршее достоинство оттоптала. Поэтому сидела тихо, глазки долу, вся из себя образцово-тихая Зайка Ми.
— Послезавтра бал, — заговорил наконец Его Величество.
— Да, — кивнула я, боясь поднять на него взгляд.
— Нужно научить тебя танцевать.
— Но Лео… — Я хотела напомнить, что маг, наверное, будет занят, но глянув на короля, поняла, что мой каблук снова в двух миллиметрах от королевской гордости. — …нарду говорил, что это его обязанность. Я буду счастлива, если вы уделите мне время.
— Уделю, — твердо заявил Эль.
— Спасибо, — ответила я.
И над столом снова повисла тишина.
— С платьем проблем нет? — поинтересовался король, явно просто для поддержания разговора.
— Спасибо, оно уже практически готово.
— Покажешь?
— Отчего не показать? — удивилась я. — Не на свадьбу же?
По мышцам лица Его Величества прошла судорога.
— В смысле, у нас такая примета есть, — поспешила я объяснить. — Что жених до свадьбы не должен видеть подвенечное платье невесты, иначе молодожены будут несчастливы в браке.
— А нас наоборот, весь свадебный наряд, начиная бельем и заканчивая драгоценностям, дарит жених в утро перед свадьбой, — улыбнулся Эль.
— Вот так друг про друга что-нибудь и узнаем, — порадовалась я, но судя по реакции короля — в очередной раз сглупила. Видимо, ему было неприятно, что я про него ничего не знаю. И то, что он ничего не знает обо мне. — У нас выбор платья на свадьбу для многих девушек — чуть ли смысл всей жизни, — попыталась я разрядить обстановку. — Они бы очень расстроились, если бы их лишили этого удовольствия.
— У нас свадебный дар считается символом того, что девушка с момента замужества полностью зависит от супруга, во всем должна слушаться и не перечить ему, — мрачно прокомментировал Его Величество, снова взяв в руки вилку и нож, хотя на блюде перед ним уже ничего не было.
Мое невысказанное «Это не про меня» наткнулось на упрямое: «А я тебя и не отдам» во взгляде монарха.
Вот и поговорили.
