– А… Вот почему Ты сказал мне «это прощается с тобой лето»! Красавец Аполлон, о котором я мечтала всю жизнь… Это будет последняя моя любовь?
– Да.
Стучат колеса. В купе так больше никто и не вошёл – осень, мало народу едет в поезде. Я лежу головой к дверям и смотрю на мелькающие за окошком огни. Я сейчас между двумя своими домами, дачей на юге и квартирой в Санкт-Петербурге. И оба дома спят – законсервированы. А я – в поезде, а поезд – бежит… Меня тоже как бы нигде нету. Вот усну сейчас – и вовсе нигде не будет. Но ужасно хочется ещё что-то спросить Его, чтоб уж выяснить всё до конца. Да и спать-то хочется тоже.
– Слабенькие у Тебя человечки. Чуть что – спать хотят. Как раз когда начинается самое интересное!
– Да нет. Просто маленькие ещё.
И почему это меня перед сном всю жизнь тянет выяснять отношения?
– А вот почему Ты мне часто говоришь: случится то-то и то-то. Я Тебе верю, жду, а выходит совсем не так. Обман выходит. Потом почему-то всё налаживается, и в результате-то всегда, конечно, получается так, как Ты сказал. Я догадываюсь, в чём дело: Ты меня бережёшь, и никто на свете не обращался ещё со мной с таким бесконечным терпением и тактом. И всё-таки, почему Ты меня всё время щадишь? А из-за этого постоянно немножко обманываешь. Зачем?
– Перестань капризничать. Человек без иллюзий – это ребёнок без игрушек. Ему нечем заняться. Спи!
– А как же я буду дарить ему это кольцо? Оно же старое!
– Но это же золото. Отдашь отполировать, и оно станет как новое.
– Хорошо, – покорно вздыхаю я, – Ты только скажи мне, а этот человек-то меня полюбит?
– Он уже давно тебя любит.
Как это? Ну вот, опять… Как же давно, если я его и не знаю ещё?
Хотя, с другой стороны, ведь
Я отворачиваюсь к стене, зарываюсь носом в подушку и слышу уже почти сквозь сон:
– Не мучайся, Маленькая. Ты же знаешь всё, что будет с тобой дальше. Я же давно рассказал тебе…
– Да, но не в подробностях же!
– Ты сумеешь полюбить его всем сердцем.
– А потом?
– А потом он пойдёт… Он шагает в Аид.
– Он вернётся?
– Да. Ты так будешь его любить, что он вернётся.
– А потом?
– Вы будете счастливы вместе. А через много-много лет он умрёт у тебя на руках.
– Мне будет тяжело?
– Да.
Я поворачиваюсь на спину и открываю глаза. Спать мне расхотелось. Ночь. В купе я одна. В лунном свете на столике покачивается тусклое золотое кольцо с непонятной и мучительной надписью внутри: «Самъ Ты вiновѣнъ – мною…»
– Ну пожалуйста, ну скажи Ты мне в конце концов, правда ли это, что у нас в Швейцарии водятся настоящие жар-птицы?
– Конечно, водятся. Где ж им ещё и водиться-то? Просто они летают ночью, а тебе одной в лес по ночам ходить… не хочется. Спрячь кольцо-то. И никому его не показывай.
Давным-давно нашла я в поезде старинное золотое кольцо.
Только дарить-то его мне до сих пор и некому.
Восхититься кем-нибудь так, чтобы, как в юности, забыть всё на свете и полюбить беззаветно, уже не получается у меня как-то.
Есть мужчины, которые мне явно симпатизируют. То есть хотели бы, но тоже боятся меня полюбить.
Вот сюжет моей жизни и застрял.
Один мой добрый приятель, когда я ему на это пожаловалась, сказал мне неожиданно: «Может, тебе просто витаминов не хватает?»
И вот уже которое лето я живу в своей Швейцарии, одна. Жую витамины и стараюсь забыть свою городскую жизнь.
Отсюда мой любимый Город, мой сумасшедший Мегаполис кажется мне скопищем суетящихся буйнопомешанных. Среди которых самой остаться нормальной довольно трудно.
В Городе я каждое утро наношу на лицо боевую раскраску («макияж» называется), тщательно продумываю снаряжение, точнее – вооружение (костюм, каблуки, аксессуары), обливаюсь дорогими духами и… А поскольку профессия у меня мужская – писатель, – принимаюсь энергично бороться за своё место под солнцем. С мужчинами, между прочим. И хотя я всегда считала, что мужчины восхитительны, – на войне как на войне. А на войне они не только восхитительны. Они ещё и беспощадны. Поэтому чувствую я себя неуютно.
Здесь же бороться ни с кем не надо. Того, кто нашёл своё место под солнцем, сразу видно. По загару. И места хватает всем. Швейцария. Маленькое, сказочное, совершенно нейтральное государство, с Королевой и Президентом. Строй – конституционная монархия, и у всех свои функции. Так мы, городские дачники, играем в отпуске в ту жизнь, которой нам хотелось бы жить на самом деле.
Королевой работаю я. Это женская профессия, и тут я чувствую себя вполне на своём месте.
То мы устраиваем обед у Президента, то бал у Королевы.