К тещиному дому он подъехал через три часа, хотя до Бибирево в обычных условиях было минут сорок. Дети уже ждали у ворот. К счастью, дом находился на возвышенности, и вода успела уйти вниз, так что они смогли сесть в машину, даже не промочив ноги.
– Папа, познакомься, это… он, – сказала Стеша и нежно взглянула на своего возлюбленного.
– Александр Лорэтти. Здравствуйте, очень приятно.
Дашков поприветствовал парня, не выходя из машины, разводить церемонии было некогда. Выехав на относительно спокойный участок трассы, он смог получше разглядеть его в зеркало заднего вида.
Опасный водопад у разрушенного заграждения уже был не таким стремительным, и им удалось миновать его довольно быстро, но тут…
– Стойте, остановитесь! там люди! – Александр кричал, указывая куда-то вперед и вниз.
Впереди открылось ужасное зрелище: белый «Шевроле» висел над обрывом, зацепившись передними колесами за край дороги, и слегка раскачивался на ветру.
С левой стороны дверцы были открыты, и из них выглядывали мужчина-водитель и девочка, на заднем сиденье. Лица их были перекошены от ужаса, но они не кричали. Было понятно, что они боятся пошевелиться, чтобы не спровоцировать обрушение автомобиля в бурлящий под ним поток.
У Дашкова было удивительное мужское качество:
Один конец троса он привязал к своей «Тойоте» –
– Ты, вроде, парень жилистый, удержишь девочку за руку?
– Думаю, да. У меня сильные руки.
– Отлично. Ложись на край, вот так… теперь спускайся по откосу вниз… подползи как можно ближе… схватишь ее за руку только по моей команде. Стеша, заводи мотор. Как только мы их схватим, я тебе крикну – и давай задний ход.
Трос натянулся под тяжестью привязанного к нему человека, но умница «Тойота» не сдвинулась с места.
Александр уже был готов тащить девочку. Сам Дашков лег на живот и тоже свесился с края дороги, одной рукой в перчатке схватился за трос, а другую протянул мужчине.
– Сейчас вы спокойно сделаете то, что я вам скажу, хорошо? На счет
Четыре руки сцепились намертво, четверо повисли над обрывом. Заглушая крики людей, взревел мотор: Стеша дала задний, и сцепка медленно поползла вверх, а «Шевроле», все еще цепляясь за камни, с грохотом рухнул вниз.
* * *
– Деда, давай поиграем в андроида! Ну, давай! Ну я не буду больше падать в бассейн и ржаветь там, ну пожалуйста… – пятилетний Манджу не понимал, конечно, какой болью отзывались его слова в душе профессора Чандры.
– Ладно-ладно, давай поиграем, – вздохнул он. Прогулки с внуком он любил, но сейчас ему, честно говоря, было не до игр.
– Ура!! Давай как будто я сломался, а ты меня как будто чинишь, – малыш улегся на траву и закрыл глаза.
– Та-ак, посмотрим, что же тут не в порядке… Базовая программа получила серьезные повреждения, несовместимые с жизнью. Тут явно поработал какой-то баг! Но почему же Хариса не смогла его спасти? Придется, наверное, превратить его обратно в «данные» и вернуть в 2140 год, такой помощник мне не нужен.
– Деда! Ты что? – вдруг обиделся «андроид». – Я же все слышу и все понимаю, только говорить не могу!
– Как ты сказал?!.. – Чандра застыл на месте.
– Давай сначала! Не надо меня ни в какой год, давай лучше меня починим, я же хороший андроид…
И профессор, схватив внука под мышку и изобразив похищение андроида, побежал в лабораторию.
Там он, недолго думая, напрямую подсоединил мозг Андора к своему компьютеру и вывел на монитор. Ввел ключ к шифру (в конце концов, он же сам программировал его мозги!), и на экране появились слова:
– Привет, проф! Долго же вы соображали.
Чандра аж подскочил от радости:
– Йессс!! И не груби папе, малыш. – Он говорил вслух, поскольку Ллойд его прекрасно слышал. – Что я должен сделать, как ты думаешь?
– Профессор, надо ввести «сыворотку правды». Помните, вы сами мне предлагали, если что. Это «если что» наступило по меньшей мере неделю назад. Вводите!
– Мальчик, ты не представляешь, КАК это больно. Даже я не представляю. Болевой шок может тебя просто-напросто убить!
