– Послушайте, док, я и так кусок железа, куда уж хуже? Это мой последний шанс. По сути, ведь Хариса – тот же баг, только с позитивной установкой. Сыворотка уничтожит ее и «лживое» приложение, оставив в моем мозге только «базу» и «Дашкова». Если я выживу, то останусь андроидом, но смогу чувствовать, как человек! Это моя мечта, док, как вы не понимаете?! Ради нее я готов умереть. Но я не умру – мне надо спасти Александра. Времени уже не осталось, док, вводите. Быстрее!
* * *
Андрей вытащил мужчину и помог Алексу вытянуть девочку, которая, однако продолжала кричать, указывая вниз, на камни.
Там, под откосом дороги, примостилась небольшая мокрая собака.
– Тэри, там остался мой Тэри! Пожалуйста, спасите его! – кричала девочка.
– Ну как, парень, сможешь? Я буду страховать. Давай, осторожно…
Алекс снова стал спускаться, его движения были точны и уравновешенны.
И ни один из них не обратил внимание на трос, который в одном месте все больше и больше растягивался и готов был вот-вот лопнуть.
Наконец, Александр схватил собаку и крикнул наверх:
– Есть!
Стеша нажала на газ, Андрей обернулся…
И успел увидеть – как в замедленной съемке – разорвавшийся трос, змеей взметнувшийся над ним, и падающего в пропасть юношу, все еще прижимавшего к себе собаку.
* * *
Едва придя в себя после очередной порции сыворотки – то есть невыносимой боли во все своем андроидном организме – Андор вдруг закрыл лицо правой ладонью, как делал это всегда, готовясь к телепортации.
– Стой, куда?!? Я же еще не закончил, тебе не хватит сил!..
Но Андор не обратил на это никакого внимания и исчез. Его сил уже хватало на то, чтобы увидеть, как Александр летит в пропасть, и метнуться ему наперерез.
* * *
Дашков в каком-то физическом трансе смотрел вслед падающему с огромной высоты Алексу. Это был конец, понимал он, после такого выжить не было никаких шансов. Сзади раздался крик подбегающей Стеши. Страшный удар тела о камни, казалось, сотряс всё вокруг, а вода под ним стала стремительно окрашиваться в красный цвет.
И вдруг… тело юноши приподнялось, зависло в воздухе… и исчезло.
– Саша!!… – девушка подбежала и глянула вниз. – Что… как?.. папа, где он??!
Дашков взглянул на дочь странным взглядом и сказал:
– Кажется, Андор вернулся.
* * *
Положив юношу на стол в лаборатории Чандры, на котором только что лежал сам, Андор осмотрел тело. Его кости превратились в мелкую стружку, внутренние органы смешались от удара в кашу и кое-где выпали наружу. Он не дышал уже полторы минуты, и первое, что сделал Андор – взял в руки его легкие, закачал в них часть своей силы и вставил на место. Александр судорожно вдохнул, легкие раскрылись.
* * *
…и в ту же минуту в Российском Национальном Центре неврологии и микрохирургии появился Андрей Дашков.
Суперзвезда мирового кинематографа, известный каждому россиянину с детства, грязный, мокрый, в порванной одежде и кое-где в крови, он нес на руках такого же вида юношу, который, судя по всему, был без сознания.
Врачи и медперсонал выскакивали из всех дверей и коридоров и бежали за ним, а он шел, ни на кого не реагируя, как какой-то терминатор, легко неся на вытянутых руках спасенного.
Пройдя по коридору прямо в реанимацию, он положил его на каталку, подсунутую кем-то, и сказал:
– Лорэтти Александр, 20 лет, множественные переломы, гематомы, сотрясение мозга, внутренние органы не повреждены. Срочно в операционную.
И вышел. Врачи забегали, персонал засуетился, и никто не заметил, куда он подевался. Кое-кому показалось, что он просто растворился в воздухе, но такого, конечно же, быть не могло – люди в стрессе, мало ли что привидится…
* * *
Через десять минут по всем каналам TV, радио и интернет-ресурсов передавали сенсационную новость: знаменитый актер и певец Андрей Дашков спас от неминуемой смерти юношу, пострадавшего от урагана, доставив его на руках прямо в операционную.
– Так, доча, слушай сюда. Главное сейчас, что он жив, да?
– Да,.. конечно, папа… он жив, он жив… – повторяла Стеша. Она явно была в нервном шоке.
– Про Андора никто не должен знать, слышишь? – Андрей протянул ей фляжку с виски, всегда имеющуюся в его походной аптечке. – Никто, – повторил он, – маме я сам все расскажу. Ну, ты как, малыш, в порядке?
