— Мы познакомились с Лёшей около двух лет назад. Вначале это была просто сумасшедшая страсть, непреодолимое притяжение, которое заставляло нас бросаться в объятия друг друга снова и снова. Впрочем, как мне кажется, тебе это знакомо, — лукаво усмехнулась подруга. И да, мне это было более чем знакомо. — Постепенно это переросло в нечто большее. В необходимость просто быть рядом всегда. Лёша долго не хотел вводить меня в круг своих друзей, и я обижалась на это. Оказывается, он просто боялся Беса и так старался защитить меня. Но всё тайное рано или поздно становится явным, так и тут: Бес узнал обо мне и пригласил на очередной приём с целью познакомиться. Лёше это не нравилось, но всё же он думал, что ублюдок ничего не сделает, во всяком случае мне, если он будет рядом. Вот только Бесу было плевать на мнение парня. Нас буквально растащили в разные стороны, когда мы вышли в сад, чтобы побыть вдвоём. Лёша отчаянно сопротивлялся, дрался, но их было слишком много. Двое амбалов притащили меня в одну из комнат особняка, куда позже явился Бес. Почти сутки Ада, почти сутки он рвал моё тело на части. Когда я очнулась в больнице, единственным моим желанием было сдохнуть. Я жаждала смерти, потому что просто не представляла, как жить после случившегося. Была убеждена, что Лёша всё знает, и я не нужна ему после этого. Но я ошиблась, он появился минут через десять после того, как я пришла в себя. Было видно, что его сильно избили, но он словно и не замечал этого. Месяц с лишним он не отходил от меня ни на шаг, боясь, что я наложу на себя руки. И ведь я хотела, и если бы не Лёша, непременно сделала бы это. Он вытащил меня из этой бездны, был мне сиделкой, психологом, да всем. Бывали моменты, когда я ненавидела его до потемнения в глазах и обвиняла во всём произошедшем и кричала об этом ему в лицо. Он же всё молча терпел, и успокаивал меня.
Лучше бы я молчала и ничего не спрашивала. Мне было плохо от новой порции ужасов. Не хотелось больше ничего знать. Хватит.
— Знаешь, почему мы с Марком долгое время недолюбливали друг друга? — тихо спросила Вика.
— Эээ, нет, — растерянно отозвалась я.
— Мы оба любили Лёшу и ревновали его к друг другу, — отозвалась подруга. — Марк считал, что я отнимаю у него брата и всеми силами старался вернуть его обратно. Постоянно зазывал его на тусовки с морем выпивки и конечно же девочками. Я же бесилась, видя это, опасаясь, что Лёша поддастся соблазну. Мы вели негласную войну, стремясь настроить Лёшу друг против друга. Ему это быстро надоело, он собрал нас вместе и заявил, что мы два главных человека в его жизни и отказываться от кого-то из нас он не намерен, а, значит, мы должны научиться уживаться с друг другом. И мы научились терпеть друг дружку, но только с твоим появлением исчезло напряжение и неприязнь. Алин, Марк, конечно, раздолбай и долгое время выводил меня из себя, вызывая желание прибить его на месте, но я всё равно его уважаю. Они, как показала жизнь, очень похожи с Лёшей. Даже любят одинаково одержимо. Вначале я была убеждена, что он вообще не способен на это, но ошибалась. Просто дай ему время. Он очень тебя любит. Чёрт, никогда бы не подумала, что буду выступать адвокатом этого засранца. И ещё, он имеет право на эту месть, и я буду счастлива, если он грохнет эту падлу. Дай ему это сделать, Алин.
Я и сама всё это уже поняла, но меня просто колотило от ощущения грядущей беды. Объяснять это Вике не стала. Мне вообще отчаянно хотелось сбежать куда-нибудь, где смогу побыть одна и переварить услышанное. Однако у меня не было на это времени. Мне нужно найти Марка и поговорить с ним. Откровенно рассказать о своих предчувствиях.
Взяв в руки телефон увидела смску, где Марк говорил, что его телефон может вырубиться и просил не беспокоиться. Набрала. Отключен. И почему мне кажется, что он его просто выключил? Попрощавшись с подругой, направилась в поисках любимого в их с Алексеем мастерскую. Там мне сказали, что Марк ушёл около часа назад. Я бросилась к нему домой в слабой надежде застать парня там. Конечно же, его там не оказалось. Он просто не желал сейчас со мной пересекаться. Не хотел, чтобы я снова упрашивала его не ходить в «Сияние». И самое поганое, понимала его чувства, но не могла просто сидеть и ждать. Интуиция, бьющая тревогу, мне этого просто не давала.
Когда время на часах близилось к восьми вечера, я решилась на безумный для меня поступок. Я знала о тайнике Марка, где он хранил оружие. Залезла туда, достала и зарядила пистолет. Мои знания о том, как пользоваться огнестрельным оружием ограничивались уроками ОБЖ в школе. Правда, они мне нравились и я хорошо их помнила. Оставалось надеяться, что мне это поможет, и я не отстрелю себе по глупости что-нибудь. У меня не было никакого плана. Я приехала к «Сиянию» около девяти и не знала, что мне делать дальше. Мне хотелось как-то помочь, что-то сделать. Только что? Какой от меня тут может быть толк? Не сделаю ли я ещё хуже?
