На Нину результаты эксперимента произвели удручающее впечатление. В юности все воспринимаешь остро. Как писал Лопе де Вега, «кто мало видел – много плачет». После съемки она в слезах бродила по парку на Воробьевых горах и нашла скамейку, с которой открывался чудный вид на реку. Никита, прекрасный, как греческий бог, катил мимо на велосипеде. Живописные кусты, окружавшие скамейку, все же не помешали богу углядеть девушку, которая попала в беду. Он остановился и предложил свою помощь. Нина смотрела на Никиту, силясь разглядеть нимб над его головой. В городе, где никто никому не нужен, все же нашелся один неравнодушный. Разумеется, она увидела в этом знак. Да и как иначе? Все прекрасное тело Никиты было покрыто татуировками, словно знаками.
Они начали встречаться, но потом поссорились и расстались. А двенадцатого сентября, в первую годовщину знакомства, Никита и Нина, не сговариваясь, пришли на свою скамейку. Еще один добрый знак. Зимой они поженились. А на следующий год вернулись в парк уже вместе, с шампанским наперевес. Тогда и было решено, что бы ни случилось, встречаться на этом месте каждый год.
Повод для флера был найден. Из телефонного разговора Нина поняла, что Никита помнит о годовщине, и приступила к подготовке. Она отрыла в шкафу красное платье, которое очень нравилось мужу, записалась в салон красоты и вызвала компьютерщика.
– Однако как быстро вы все починили, молодой человек! Вы просто кудесник! Но, позвольте, где же тут я? – ворковала бабуля с повелителем ноутбуков.
– Да вот же вы, Ольга Филипповна, скачете на коне.
– Стыдно признаться, я просто не знаю, как с него слезть, – кокетливо сказала бабуля. – Гиньоль! Сущий гиньоль!
Архип капризничал, резались зубки. На шее у него на полотняной тесемке висело два резиновых прорезывателя – звездочка и колечко, но ребенок упорно грыз свою ладошку. Слюни текли ручьем. Нина не спускала сына с рук и включила диск с классической музыкой. Она много читала о пользе классики для развития интеллекта и речи у детей, поэтому ставила этот диск Архипу каждый день. Среди великих композиторов у сына были свои фавориты. Когда Архип слушал Вивальди, он всегда улыбался, а под Моцарта и Шопена успокаивался и засыпал. Нина верила, что Архип может быть развит не хуже своих сверстников. Главное, приложить для этого достаточно усилий.
Вечером Нине позвонила Ляля. Она недавно вернулась с мужем из путешествия.
– Как Мексика? – спросила Нина.
– Ужасно. Меня покусали кошки. Теперь делаю уколы от бешенства. Мир так жесток!
– Что надо было делать с кошками, чтобы они тебя покусали?
Ляля загадочно молчала.
– А вообще как? Пирамиды, сокровища инков?
– Сокровища как сокровища. Кстати, Влад купил мне кольцо и сережки с местным топазом. Безумно красивое, – мрачно сказала Ляля. – Нина, у меня беда!
– С Ангелиной что-то? – ахнула Нина.
– Типун тебе на язык! Костик постоянно «лайкает» одну… Ноги от ушей, грудь, как арбузы, а так ничего особенного. Я тоже выложила свою «голую» фотку в купальнике. Можешь зайти и «лайкнуть» меня? Хочу, чтобы он ревновал!
– Считаешь, он будет ревновать ко мне?
– У меня жизнь рушится, а ты со своими шуточками, – обиженно сказала Ляля.
Нина открыла интернет и зашла на Лялину страницу в социальной сети. Кроме «голой» тут было много других фото и видео. Вот Влад держит на руках прехорошенького пупса с огромными голубыми глазами – Ангелину. И смотрит на нее с такой любовью! Тут Ангелина сидит с расческой в пухлой ручке, а тут сама стоит на ножках. На видео говорит «мама». А ведь они с Архипом почти ровесники.
Нина поставила Ляле заветный «лайк», закрыла интернет и заплакала.
«Почему все это случилось именно со мной?»
Это был один из тех дней бабьего лета, которые природа, словно мать, приберегает для своих детей, как гостинец. Парк, казавшийся из-за первых упавших листьев неприбранным, утопал в солнце и праздной неге, словно холода и дожди никогда с ним не случатся. Туфли на платформе терли, но кеды к этому платью совершенно не подходили. Цепляясь каблуками за траву, Нина ковыляла к скамейке, возле которой росло крепкое деревце-дичок, усыпанное тугими зелеными яблочками. Не сакура, но все же. Символично. Подойдя ближе, Нина услышала Никитин голос. Сердце бешено заколотилось. Пришел! Но тут она сообразила, муж с кем-то разговаривает. Нина притаилась за кустами, скрывавшими скамейку.
– Я говорил тебе, что это невероятно романтичное место, сладкая!
Сквозь кружево листьев Нина увидела длинные светлые волосы. И точеный профиль вполоборота. Это была Алина.
– Прямо скажем, не Монмартр…
Нине словно дали под дых. Черная пелена захлестнула душной волной. Нина уже видела себя выбегающей из кустов на поле боя, но сдержалась невероятным усилием воли.
