«У нас есть маска свиньи».
Нина оторвалась от телефона и поискала глазами Архипа, который пару минут назад сидел рядом в позе лотоса, согнувшись пополам, как гуру йоги. Сына на скамейке не было. Битый час остается на месте, а потом вдруг срывается и бежит куда-то – в этом весь Архип. Нина вскочила на ноги. Где же он? Пятачок вокруг нарядной клумбы с розами, прозрачные кусты сирени, аллея, ведущая к Андреевскому мосту через Москва-реку. Высокому страшному мосту.
Миновав резную арку, увитую виноградными лозами, Нина выбежала на мост.
– Простите, вы не видели мальчика в красной куртке? – прокричала она на бегу одинокому прохожему.
Тот махнул рукой в сторону стеклянной галереи в центре моста. Внизу, за витыми перилами, по реке полз маленький речной трамвайчик. Нина представила, как Архип, привычно раскачиваясь, словно танцуя, бежит по мосту, видит внизу кораблик, ложится на перила, голова перевешивает, и он срывается вниз. Она схватила ртом холодный воздух и затормозила, едва удержавшись на ногах, – увидела Архипа. Тот застыл у перил, задрав голову и открыв рот. Нина схватила сына, крепко прижав к себе обеими руками. На каменном возвышении, держась одной рукой за башню, похожую на шахматную фигуру, опасно балансировал мужчина.
– Эй, что вы там делаете? – крикнула она, тяжело дыша.
– Селфи, – сказал мужчина заплетающимся языком. Он был пьян. Телефона в руке не было.
Нина в волнении огляделась по сторонам. Никого. Только пара смутных силуэтов вдалеке, в галерее. Четыре часа, будний день.
– Селфи делают на арке над мостом, – вспомнила она сюжет из новостей и подняла палец вверх. – Подростки. А вы уже вышли из этого возраста, так что спускайтесь!
Нина протянула руку, продолжая удерживать Архипа, и посмотрела вверх на самоубийцу. Ее ослепили купола храма за Крымским мостом, в которых отразилось выползшее из-за тучи солнце. Мужчина послушно протянул холодную руку и спрыгнул со своего постамента, чуть не свалив Нину с ног.
– О, прекрасная спасительница никчемной человеческой жизни! Сеньорита, как вас зовут? – воскликнул он, обдавая ее запахом перегара.
– Нина.
– Шучу. На самом деле я не из клуба самоубийц, Нина. Я просто… – Парень посмотрел на речной трамвайчик в серо-голубой дали. – Ждал лодку, сеньорита. Я Лодочник!
Акцента нет, на испанца не похож. Стильная одежда, хорошая стрижка. Нина обратила внимание на дорогие часы, точно такие были когда-то у свекра. Выкрутасы богатого человека, поняла она. Провернул удачную сделку, перевел пару миллионов на Кайманы, выбрался из офисной роскоши Москва-Сити и чудит.
– Тогда ни гвоздя, ни жезла на речных трассах. До свидания, Лодочник!
Нина помахала парню, взяла за руку Архипа и потянула за собой. Тот не двинулся с места. А Лодочник тем временем снова карабкался на перила моста.
– Эй! Вы спятили?! – закричала она, хватая его за кофту и стаскивая вниз.
– Провожу вас до машины, – решила Нина.
– Конвой? Вы хотите привязать меня к дереву? – захихикал Лодочник, но покорно поплелся за ней.
Архип взял его за руку.
– Парень, как тебя зовут?
– Архип, – сказала Нина.
– Архип осип, Осип охрип. – Он снова захихикал. – Я так замерз на этом мосту, Архип… Я Хосе Аркадио. Из Макондо. Основал его на берегу Амазонки.
Дернув головой, как Миронов в «Бриллиантовой руке», Лодочник посмотрел на Нину.
– Весьма впечатлена, сеньор Буэндиа, – фыркнула она.
Они миновали парк с его стильными клумбами и аккуратными скамейками и вышли на Ленинский проспект.
– Где ваша машина? – спросила Нина.
– У меня нет машины, у меня лодка.
– Час от часу не легче!
– Я плыву в Макондо!
– На лодках ходят.
– Я не плыву? – изумился он, пьяно тараща глаза.
– Вы-то как раз плывете! – разозлилась Нина.
И что с ним делать? Она взглянула на остановку, борясь с соблазном выгрузить Лодочника на скамейку под козырьком, забыть о нем и уйти в свою жизнь.
– Попытаемся найти вашу машину. Что-то подсказывает мне, что там есть личный водитель, который о вас позаботится.
Лодочник посмотрел на Архипа, завел большой палец за щеку и резко вытащил, производя звучный щелчок. Архип засмеялся, хлопая в ладоши. Он был в восторге от нового знакомого.
– Эй! Я ищу вашу машину! – повысила голос Нина.
– А я ищу философский камень, – сообщил Лодочник. Он прочно застрял в образе персонажа «Ста лет одиночества».
Пришлось притащить любителя Маркеса в свое авто. «Хендай», доставшийся от родителей мужа, давно дышал на ладан и практически все время проводил в автосервисе. Впрочем, сегодня еще был в строю. Пока Нина усаживала Архипа в автокресло, Лодочник плюхнулся на переднее сиденье.
– Где вы живете? – спросила Нина, хлопнув дверцей и усаживаясь на водительское место.
– В Макондо, – сказал Лодочник.
– Послушайте, это уже не смешно. Я готова доставить вас домой. Вот только где ваш дом? Сгруппируйтесь! Это в центре или за городом? Рублевка или Новая Рига? Где живут у нас денежные мешки? – не выдержала она.
– Если ты не боишься Бога, бойся металлов! – назидательно сказал Лодочник и уснул.
– И что тут делает сие тело? – вскинула брови бабуля.
Укрытый пледом Лодочник храпел на диване в большой комнате.
