Меня, как маленькую, потрепали за щечку. Мда, Лидия, какое уж тут деловое уважение, когда тебя считают ребенком? Но в присутствии этих двоих, в общем-то чужих, но таких добрых людей, хотелось побыть именно маленькой девочкой. И я решила себе это позволить сегодня, последовав за Иврином и Исой в полутемный коридор.
Кондитер толкнул первую попавшуюся дверь, и мы оказались в маленьком, но очень красивом и уютном помещении. Все стены были отделаны мозаикой, на полу лежали мягкие подушки, и стоял небольшой круглый столик из черного дерева.
— Балбес! — прокомментировала Иса увиденную красоту. — И как наша девочка в таком положении будет сидеть на этих подушках?
— Ах, точно, — ударил себя по лбу незадачливый Иврин, — идемте!
Я хотела сказать, что в принципе, нам с малышом будет комфортно и здесь, но брат и сестра уже не слушали и вели меня дальше по коридору к новой двери.
Следующий кабинет напоминал Древний Рим. Все было белым и вычурным, при этом умудрялось сохранять остатки простоты. Мраморный пол, шикарные картины с различными сценами празднества и, конечно же, белый мраморный стол в окружении резаных лавок с мягкими красными подушками на них.
— Вот так-то лучше, — заявила Иса, довольно оглядывая зал, — организуешь?
Это было обращено Иврину, и тот, кажется, ее прекрасно понял.
— Сейчас! — сделал он какой-то знак Исе и перед тем как выйти снова потрепал меня за щеку, — Так выросла, малышка!
Что именно "организуешь" стало понятно через несколько минут, когда мы с Исой уселись и даже не успели начать разговор, как кондитер ввалился с полным подносом различной снеди. О, как же я давно не ела сдобу. Кажется, целая вечность прошла. На меня смотрели свежие, хрустящие булочки с корицей, изюмом и ванилью. Также было что-то наподобие наших пирожков с различной начинкой. Не знаю, какой точно, но нос уловил сладкий запах малины. И самое главное, на подносе лежала тарелочка с пирожным. Бисквит, взбитый крем из воздушных сливок и вишенка сверху. Все как в рекламе — выглядело сногсшибательно.
— Ешь, не стесняйся, — подбодрила меня Иса, — вижу же, что глаза голодом сверкают. Да и малышу не помешает подкрепиться.
Да я как бы и не стеснялась, понимая, что добрая кухарка решила подкормить несчастную меня. Просто зависла от эстетического экстаза. Я спокойно взяла булочку с изюмом, откусила кусочек и тут же пропала. Все меня нет в этой Вселенной, я улетела в далекие дали.
Очнулась только тогда, когда половина подноса была съедена, а малыш начал пинаться от возмущения. Полный за долгое время желудок мешал и так его небольшим «хоромам».
— Ик! — вырвалось у меня, и я быстро прикрыла рот, надеясь, что проказник не выпинает назад такие желанные вкусности.
— На-ка, запей, — протянул мне сладкий компотИврин, — а я пока сбегаю за специальным отваром. У нас одна баронесса в тягости его заказывает. Ее служанка шепнула, что он очень помогает госпоже от тошноты.
— Да, Иври, иди! — кивнула Иса, — И не сильно спеши назад, нам с Мирой нужно поговорить.
Похоже, кухарка изнывала от любопытства, ожидая, пока я наемся, и теперь была готова его удовлетворить.
«Ну что ж, бесплатный сыр бывает в мышеловке» — подумала я, отставляя красивую чашечку с недопитым компотом. И теперь настало время платить.
— Расскажи мне, детка, что с тобой произошло с тех самых пор, как молодой господин освободил тебя из тюрьмы и увез куда-то. Мы очень беспокоились и места себе не находили, пока он не обронил своему лакею, что ты у тетки.
Иса протянула руку через стол и сжала мою ладонь в жесте поддержки, а ее глаза снова наполнились слезами.
— Со мной все в порядке, — заверила я добрую кухарку, пока та снова не бросилась меня обнимать от преизбытка чувств, — уже!
Добавила, понимая, что все заверения будут звучать не очень. А потом просто выложила Исеупрощенную версию того, что произошло со мной, начиная с момента пробуждения и заканчивая встречей с графиней Брачинской.
— Ох, бедная девочка, не туда ты пошла защиты искать! — сказала Иса, вытирая глаза краем фартука. Чувствительная толстушка все же не выдержала и прослезилась от моего рассказа, — Эдгар, конечно, добрый мальчик, но такой балованный. Он вряд ли поможет тебе больше, чем сделал уже.
— Иса, расскажи мне, что произошло? — я обрадовалась возможности расспросить добрую кухарку. — Я совершенно ничего не помню с тех самых пор, как проснулась на тетушкиной ферме. И даже вот эту историю про болота поведала мне она. Поэтому очень важно для меня сейчас понять — кто друг, а кто враг.
— Ох, детка, нет у тебя друзей, — жалостливо покачала головой Иса, — разве что я и Иври. Он ведь тоже на Брачинских работал и катал тебя маленькую на спине, но как вся эта история случилась, так почти всех слуг уволили. Осталась только я, да Лети… Что ты знаешь, милая, о смерти родителей?
Я пожала плечами. Все, что мне известно, это то, что рассказала Берта:
— Папа проворовался, и его казнили, а нас с мамой бросили в тюрьму, где она умерла. Меня же привез молодой граф, уже беременную.
