– Нашла. Вот, смотрите! – Летта вытащила что-то из щели.
Яррен не повернулся. Положив флягу на пол, он призвал остатки сил и уцелевшей рукой рванул рукава своего потрепанного камзола, затем разорвал плечевые швы. Ткань упала.
– Вы можете этим прикрыться, ваше высочество.
Летта закусила губу, чтобы не рассмеяться:
– Вы наконец разглядели во мне женщину, горец?
Но тряпку взяла и обвязала себя, прикрыв стратегические места.
– Можете повернуться, фьерр Ирдари. Ваш предок говорил мне, что за пребывание на тропе духов горцы платят жизнью. Прошлой или будущей. Так вот. Я приказываю: вы расплатитесь с духами своего рода временем жизни, проведенным со мной в этой камере. Ведь тогда это время исчезнет из вашей памяти, я правильно понимаю?
– Да. Но духи обойдутся. Я им не доверяю. Уж лучше вычеркнуть из памяти, чем с кем-то делиться. Верно?
Она подумала и кивнула.
– Хорошо. Я верю вам. Теперь наконец вы посмотрите на мою находку? – она протянула на ладони кольцо с алой искрой камня. – Его мне дал папа. С его помощью мы можем позвать на помощь моего брата, как огненного наследника.
– С моим кольцом, тоже полученным от Роберта Сильного, ничего не получилось, – напомнил полукровка.
– С моим получится, я уверена. Только нужно бросить его в живой огонь. Вы сможете зажечь огонь? Вы же маг!
Увы, Летту ждало разочарование. Ученик белого вейриэна – это не совсем огненный маг. Тем более, раненый полуинсей в запирающих браслетах. Разжечь живой огонь Яррен мог только с помощью кремня и кресала.
Они даже пытались высечь искры ударами железа о камень, используя в качестве трута щепки от табурета. Но кроме невыносимого грохота, ничего не добились.
И, разумеется, такой шум не мог не привлечь внимание стражей.
И кое-кого похуже.
Наверху высокой лестницы, ведущей в подземелье, лязгнули замки, со скрипом отворилась дверь, поднялась решетка, и невидимый пока охранник провозгласил:
– На колени, узник! Приветствуй его многоликость, величайшего владыку Севера, и моли о милости!
Летта охнула, заметалась, боясь приближаться к решетке, отделявшей камеру от общего зала-колодца.
– Ирдан! – шепотом позвал Яррен. – Уведи принцессу, быстрее!
Но мгновения мчались, грозные шаги раздавались все ближе, а Летта не исчезала, тропа духов оставалась закрытой!
«Боже, спаси меня! Мама! Папа!! – в ужасе кричала ее душа. – Рамасха!!!»
В панике принцесса вырвала у Яррена светившуюся флягу, постаралась спрятать ее под камзол, чтобы предательский свет не выдал ее. Но тут же достала, вспомнив о кольце. Его надо спрятать, чтобы не отобрал этот северный монстр! А куда, чтобы наверняка отмороженный на всю голову северянин не нашел?
Откупорив флягу, она бросила внутрь рубиновый перстень с горевшей внутри камня искрой.
Ой и полыхнуло!
Ослепило!
Подняло в ледяные небеса, как на крыльях.
Летта задохнулась огненной волной, в которую превратился воздух подземелья.
Или, может быть, даже всего мира.
Первым и абсолютно непродуктивным желанием Рамасхи было немедленно бежать и искать принцессу. Он усилием воли развеял поисковое заклинание: с этим успеется.
Сначала – пленники, пока они не превратились в покойников. И нетерпеливый импульс силы полетел в ледяную стену. Магия императора сопротивлялась недолго, наследник уже давно изучил слабые стороны Алэра. Первым из ледяного плена он освободил телохранителя принцессы.
Пока Рамасха высвобождал незадачливого Ниэнира, сиагр Ланвир привел в чувство горца.
– Я все видел, – сообщил Кандар, едва обретя возможность говорить и двигаться. – Мы все – свидетели насилия, учиненного императором над принцессой Гардарунта Виолеттой.
– Подтверждаю, – прохрипел Ниэнир.
Кронпринц побледнел. В сердце поднялась волна гнева и ненависти. И беспорядок на постели гардарунтской Фиалки он тоже заметил. Кулаки сжались с такой силой, что свело мышцы.
– Где она?
– Исчезла прямо с ложа. Ее спрятал на тропе духов дэриэн рода Ирдари. Но где она сейчас – неизвестно. Это может поведать только Яррен и духи его рода.
Рамасха выдохнул и с трудом разжал пальцы. Полыхнули стрелы сияний, послания зримой речи разлетелись по всему дворцу.
– Что ж, я знаю, где искать Яррена.
– Ваше высочество, примите официальный протест, – остановил его Кандар, когда принц уже раскрывал снежный портал.
– Позже. Если ты о покушении на свою жизнь, то Север выплатит компенсацию.
– А принцессе Виолетте? – поднял бровь горец. – Точнее, императрице, если я правильно понял, что тут заявил владыка Алэр. Риэны не потерпят насилия над дочерью гор, я это заявляю официально, как младший лорд.
– Сначала надо ее найти и спасти. Яррена сейчас пытают где-то в тайных казематах императора. Долго ли твой товарищ сможет кормить духов рода, чтобы надежно спрятать принцессу? – Язык Рамасхи не повернулся признать Фиалку императрицей и чужой женой. – Она в любой миг может снова оказаться в руках моего отца.
