Утро встретило всех ярким солнышком, щебетаньем птиц за распахнутым окном и мирным побрякиванием посудной утвари на кухне. Тёща, похоже, на работу сегодня не собиралась.
Светлана лежала на спине, закинув руку за голову, и делала вид, что спит. Но по дрожащим векам угадывалось, что она давно бодрствует и ждёт моего пробуждения.
Я молча рассматривал её лицо, детально изучая каждую чёрточку, лицо, которое буду видеть теперь каждый день и всю жизнь. В отдельности фрагменты выглядели заурядно. Нос короткий, тонкий, слегка приплюснутый, брови удлинены, губы могли бы быть и попухлее. Скулы, скошенные к подбородку, придавали портрету элипсовидную форму. Но в целом лицо, обрамлённое кудряшками волос, выглядело миловидно и по – своему красиво.
Но вот Светкины веки дрогнули, она распахнула свои серые глаза, встретила мой взгляд и широко улыбнулась:
– Ах, как хорошо поспала! Доброго утречка, мой суженый, – приветливо проворковала она и чмокнула меня в щёчку. – Не пора ли нам – пора?
– Вот и я говорю, – услышала наш разговор Фаина. – Вставайте, лежебоки. Я уж и завтрак приготовила.
Быстро накинув одежду, я отправился в туалет приводить себя в порядок, а когда вернулся, застал тёщу за уборкой нашей постели. Меня покоробило, когда она, демонстративно сдёрнув с кровати простыню, измазанную красными пятнами, потрясла ей в воздухе, как флагом, и горделиво бросила на меня многозначительный взгляд.
«Не валяй дурака, Наиночка! Меня не проведёшь, – подумал я про себя. – У меня за спиной семилетний опыт общения с женщинами, и я отлично знаю, что такое девственная плева. И Светка сглупила, подгоняя месячные к первому половому акту. Ну, зачем начинать совместную жизнь с обмана?».
Ах, как порой опрометчиво поступают девицы, пытаясь запудрить мужчинам мозги! Неужели они думают, что любой парень полный идиот в этом плане? Если так, то через пару – тройку лет вызреет прекрасный семейный букет: Муж – идиот, дети – дебилы, а жена?
С детства меня научили играть в карты. На чердаках и в стайках мы с увлечением резались в буру, очко, шестьдесят шесть, шубу, секу и в ещё целую охапку азартных игр. Это был самый короткий способ обогащения. Или разорения. Всё зависело от того, как ты умеешь управлять нервами. Покер для меня был недоступен, но уже тогда я был знаком с красивым словом «блеф». Уметь блефовать – целое искусство, мастерство, с которым ты должен убедить противника, что у тебя на руках прекрасные карты и тягаться с тобой бесполезно. Проиграешь.
В буквальном смысле блеф – это красивая на лице мина при плохой игре.
Вот эту самую мину я и демонстрировал за завтраком. Ни взглядом, ни жестом, ни неосторожным словом не выдал я своих мыслей. И настороженные вначале лица женщин постепенно оттаяли. Пусть думают, что пилюлю я проглотил. Не начинать же семейную жизнь со скандала…
Меня до чёртиков интересовали эротические впечатления Светланы. По всему было видно, что и ей хотелось пообщаться на эту тему. Мы ловили себя на том, что украдкой бросали взгляды друг на дружку и стыдливо отводили их в сторону, будто люди, случайно оказавшиеся свидетелями интимной сцены.
– У тебя всё в порядке? – вполголоса спросил я, когда Фаина на минуту исчезла за дверями кухни.
Светка залилась маковым цветом и коротко кивнула.
– Не боялась?
– Ещё и как! – ответила она с робкой улыбкой. – Очень боялась, что ты перепутаешь дырки…
Ответ нас развеселил, и мы сменили тему разговора.
За завтраком женщины в подробностях интересовались о жизни в Сиверской и, главное, где мы будем жить.
Этой проблемой был озабочен и я. В разгар дачного сезона найти пристанище в посёлке – задача не из лёгких, а казённой жилплощади в гарнизоне, я это точно знал, не имелось.
– Не пропадём, Фаина Дмитриевна, – с оптимизмом отбивал я атаки тёщи. – Мир не без добрых людей. Да и начальство в беде не оставит.
– Вам, молодым, виднее, – соглашалась она с неохотой.
– Это точно. Так что, Светочка, неделю тебе на сборы – и в путь.
– Так мало? Да у меня куча дел, – порозовела от удовольствия жена. – Успею ли?
– Успеешь. А где надо, и я помогу. Теперь нас двое.
Интересное кино получается: я, истребитель, теперь имел пару и по жизни, и оставалось только надеяться, что мой ведомый не подведёт. Если тылы крепки, то и на передовой порядок…
Первым, кого мы встретили, выйдя из вагона, был Лёха Мазуров. Очень подвижный и всегда весёлый острослов, он пользовался репутацией надёжного друга и человеком слова. Его любили за простоту и скромность, удивительную, прямо таки фантастическую целеустремлённость в достижении намеченной цели. Мало кто видел Лёху серьёзным. Обаятельная улыбка, казалось, навсегда приклеилась к его округлому лицу, придавая ему сходство с рубахой – парнем. У него была тайна, про которую знали все. Лёха мечтал стать лётчиком – испытателем. Будь судьба чуть – чуть благосклоннее, он бы непременно попал в отряд космонавтов. По – моему, я уже об этом говорил, но хотел бы уточнить.
