За кафедрой тем временем появился плотный человек средних лет с серебристо-седой шевелюрой, смотревший мягким взглядом в зал. Это был известный профессор Лещенко, автор учебника украинского языка для средней школы. Еще недавно по этому учебнику учился и Михайло. Теперь он будет слушать лекции самого автора: Лещенко читает здесь курс языкознания.
Лесняк раскрыл тетрадь, записал название первой темы и попытался записывать слово в слово, но, как ни старался, не успевал. Отчаявшись, бросил писать и, устремив взгляд на профессора, стал внимательно слушать. Тот как раз называл имена ученых — Потебни, Виноградова, Ушакова… Лесняка мало интересовали эти имена, и лекция стала ему надоедать. Он изредка стал поглядывать по сторонам, осматривал своих однокурсников и приметил, что все девушки старательно конспектируют лекцию. Большинство парней только слушали, некоторые изредка перешептывались. И что интересно: городские девушки и парни сидели за столами вперемежку, а сельские — отдельно. Немало городских девушек — с подкрашенными губами и подведенными бровями.
На одной из сидевших за его столом он невольно остановил взгляд и подумал: «Вот эта — настоящая красавица!» Девушка неожиданно подняла голову, и глаза их на мгновение встретились. Он все же успел заметить, что взгляд ее лучисто-карих глаз глубокий и внутренне сосредоточенный. Четкие линии лица и толстая коса, выложенная короной, придавали ей какой-то величественный вид. И еще было в ней что-то необычное, даже контрастное, что сразу привлекало к ней внимание.
Михайло снова взглянул на нее и мысленно отметил: «Профиль — чисто римский, хоть лепи статую».
Во время перерыва Михайло стоял в коридоре у стены, а девушка, которую мысленно он уже называл «римлянкой», прохаживалась с двумя подругами. Теперь, кроме нее, Лесняк никого не видел, не замечал. Правда, красота «римлянки» казалась ему холодноватой. Свою слегка склоненную набок голову девушка несла как-то бережно и в то же время уверенно, в каждом движении было ясно выраженное чувство собственного достоинства.
Началась вторая половина той же самой лекции.
Небо заволокли тучи, в аудитории потемнело. За окнами послышался гром и полил сильный дождь. Михайло, наблюдавший, как по стеклам текли широкие потоки воды, вдруг услышал за своим столом какой-то приглушенный смешок. Он оглянулся. Смеялась высокая долговязая студентка, сидевшая у самой стены. Прервав смех, она локтем коснулась «римлянки» и, кивнув в сторону Лесняка, прошептала:
— Взгляни на того паренька — глаз с тебя не сводит.
«Римлянка» безразлично посмотрела на Михайла и склонилась над тетрадью.
Щеки Лесняка вспыхнули. «Ах ты жирафа! — обругал он мысленно долговязую студентку. — Подумаешь, красавицы! Они уверены, что все так и падут перед ними ниц! Нужны вы мне, как прошлогодний снег!» Он подбирал язвительные слова, чтобы отплатить обеим: и языкатой «жирафе», и «римлянке», которая бездумно, как на какой-то чурбан, взглянула на него своими холодными глазами. Нет, он демонстративно не станет обращать внимание на этих столь самоуверенных девиц.
Дождавшись перерыва, Михайло переложил тетради на стол, за которым сидели Добреля с Жежерей: те молча потеснились.
Выйдя из аудитории, Лесняк не захотел даже оставаться в коридоре, а спустился на первый этаж и там прохаживался по вестибюлю, стены которого были увешаны объявлениями, расписаниями лекций, распоряжениями и приказами. Прочитав два-три объявления, Лесняк решил ознакомиться с расписанием лекций, которое было вывешено на противоположной стене. Туда он и направился. Но в нескольких шагах от него остановился, обратив внимание на невысокого старичка, изучавшего расписание. На старике был поношенный серый костюм, штанины высоко закатаны, на ногах — промокшие парусиновые туфли с задранными кверху носами. Под мышкой старик держал туго набитый портфель, на голове — потертая шляпа, из-под которой поблескивали очки в золотой оправе. Что за странная фигура? Вчера здесь был с таким же портфелем распространитель театральных билетов, но значительно моложе.
Отведя взгляд от расписания и увидев перед собою студента, старик приветливо спросил:
— Вы ко мне, молодой человек?
Лесняк отрицательно покачал головой.
— Под дождь попал. Хороший дождь. — Старик поднял указательный палец и продолжал: — Дождь — это очень хорошо, молодой человек. — Высказавшись, он направился к лестнице, ведущей на второй этаж.
«А он ничего, славный старикашка», — подумал Михайло и принялся читать расписание.
Сейчас начнется лекция, которую Лесняк ожидал с таким нетерпением, — «Древняя русская литература». Курс читает профессор Геллер. Вот когда он увидит и услышит самого Геллера!
Вернувшись в аудиторию, Михайло занял свое новое место, раскрыл тетрадь и на первой странице старательно, большими буквами написал: «Лекции профессора Г. О. Геллера».
Прозвенел звонок, шум в аудитории начинал утихать, и когда Лесняк поднял голову, то увидел стоящего за кафедрой того самого старичка, которого он только что встретил в вестибюле.
