– А знаешь, я ужасно танцую, – остановившись, произнесла я. Мы практически оказались в центре танцпола, привлекая к себе внимание гостей.
– Я тоже, – ответил Гриша, положив руку на мою талию. Да уж, намеков он явно не понимает. Не успела я и слова сказать, как Гриша притянул меня довольно близко к себе. Вполне возможно, мы бы начали танцевать, если бы где-то рядом неожиданно не послышался хлопок и свет в большом светлом помещении не погас. Зал моментально погрузился во мрак.
Я испугалась, а Гриша, наоборот, воспользовался ситуацией и крепче прижал меня к своей груди. От него веяло резкими духами с холодными нотками, которые, казалось, оставляли на языке какое-то неприятное послевкусие. Я собиралась отстраниться, когда свет в зале снова зажегся и заиграла мелодия: «I Lost Myself In Loving You» Jamie Miller.
– Дамы и господа, – где-то совсем близко прозвучал незнакомый мужской голос.
Я перевела взгляд в сторону диджейского стола и заметила парня в кремовом костюме с серебряной маской на лице. Выглядел он настолько необычно и загадочно, что я невольно улыбнулась, восхищаясь.
По залу пронеслись голоса ничего не понимающих гостей.
– Кто это?
– В чем дело?
– Что происходит? Какое-то шоу?
– Прошу всех соблюдать тишину и ясность ума! – произнес парень довольно серьезным голосом.
Мне вдруг показалось, что незнакомец смотрит на меня. И не просто смотрит – он знает меня. Я поспешила высвободиться из хватки Гриши и сделала шаг назад.
– Это ограбление! – вдруг выдал незнакомец.
– Что?
– В смысле?
– В чем дело?
– Это какой-то розыгрыш? Часть вечера?
Голоса не смолкали, а мне стало жутко любопытно: кто же этот нарушитель скучной вечеринки, на которой моя мать собиралась устроить смотрины?
– Это не простое ограбление! Сегодня мы украдем самую прекрасную даму и официально коронуем ее. Вернее, украдет ее мой коллега, – незнакомец взмахнул рукой, и все перевели взгляд в сторону входа. Я тоже посмотрела в указанном направлении и заметила в дверях другого высокого парня в таком же кремовом костюме и серебристой маске. Его взгляд, направленный в мою сторону, был таким знакомым.
– Вау! – кто-то радостно вскрикнул. – Выбор самой красивой девушки?
– А какие условия?
– А призы будут?
Я неотрывно смотрела на человека в маске и пыталась понять, где же видела эти глаза. Странно, но в мыслях яркой вспышкой возник Антон. Наверное, это ненормально, в каждом прохожем видеть его. Но… у этого незнакомца и разрез глаз, и их цвет, и даже волосы – все было копией Левакова. Если только… Мое сердце пропустило удар, осознавая, что я могла оказаться права. Незнакомец еще и так смотрел на меня, словно пожирал взглядом. Спину осыпало мурашками, однако я старалась не подавать виду, продолжив стоять с идеально ровной осанкой и улыбаться всем, включая человека в маске.
– Дамы и господа, – заговорил вновь незнакомец, который находился возле стола с музыкальной аппаратурой. – Та прекрасная особа, которую украдет мой юный друг, по правилам вечера не может ему отказать. Помните, когда пираты добирались до сундуков с золотом, никто не смел встать на их пути! Что ж! – он щелкнул пальцами, и свет неожиданно погас. Щелкнул пальцами два – вновь свет загорелся. Люди в зале с интересом наблюдали за происходящим, переглядывались, перешептывались. Ситуация будоражила фантазию. Герои постановки походили на принцев из сказки. Не хватало только Золушки, тыквы и мышек.
Очередной щелчок – свет снова погас. Щелчок. И я замерла. Незнакомец, напоминающий Антона, уже стоял прямо напротив меня и протягивал ладонь, словно спрашивая, готова ли я последовать за ним.
– Эй! – подал голос Гриша.
По залу пронеслась волна шепота, фоном продолжала играть красивая лиричная музыка, а я умирала от одной мысли, что человек напротив может быть Леваковым. Сердце ускорило ритм, кровь разлилась по венам, и щеки стали медленно покрываться легким румянцем. Хотела ли я положить руку в мужскую ладонь? Однозначно да. Разве Золушка смогла бы отказаться от принца?
И пока я думала, в нерешительности разыскивая знакомые черты за этой необычной маской, прозвучал очередной щелчок. Свет погас. Горячие пальцы обхватили меня за руку, крепко сжали ее и потянули за собой.
Антон давно не переживал так сильно, как сейчас, когда вел Юлю в сторону светлого холла. Если еще у входа в банкетный зал он проклинал дурацкую идею Шестакова и сомневался, то при виде такой бесподобно красивой Снегиревой все сомнения отпали. Ко всем эмоциям, правда, добавился и огонек ревности, потому что этот Гриша, будь он не ладен, слишком нагло пристроился к невинной девчонке. Леваков едва сдержался, чтобы не подойти и прямо там не скинуть ручонки этого лиса.
