Леваков скинул его руку с плеча, хмыкнув. Умеет же поддержать, еще друг называется. Зачем только Антон этот разговор завел?
– А давай украдем ее? – неожиданно предложил Шестаков. Антон повернулся к другу, удивленно приподнимая брови.
– В смысле?
– Да без смысла, просто завалимся на эти смотрины в масках, с пушками наперевес и скажем: «Всем не двигаться! Это ограбление!» Раньше ж девчонок похищали, так чем нынешние реалии хуже?
Домой Антон вернулся далеко за полночь. Кое-как добрался до кровати, скинул с себя обувь и плюхнулся спать в чем был. Сил не было даже стянуть с себя майку и джинсы. Сны еще такие странные снились, будто он скачет на коне по бескрайнему лесу в погоне за мерцающей бабочкой. Тянет руку, кажется, вот-вот достанет, но стоит только шевельнуть пальцем, как бабочка моментально испаряется.
Проснулся Леваков от навязчивой трели будильника. Кто его поставил – непонятно. Кое-как нащупал гаджет, скинул на пол, а вместе с телефоном вниз полетели повербанк и маленькая вазочка, которую зачем-то притащила мама. Все это сопровождалось определенным грохотом, который окончательно заставил пробудиться, хотя разлепить глаза было сложно.
Нащупав мобильный на полу, при этом не отрывая головы от подушки, Антон глянул на экран и не сразу понял текст входящего сообщения. Пришлось несколько раз протереть глаза и даже проморгаться.
– Чего? – хриплым голосом спросил вслух Леваков.
В голове начали всплывать обрывки вечерних посиделок, боевой план и настойчивое желание Вити помочь Антону покорить сердце Снегиревой. Мобильный в руках Левакова зазвонил.
– Проснулся? – бодрым голосом пропел Витя. И откуда только в нем столько энергии с утра?
– Ты в своем уме? – буркнул Антон. Вчера идея заявиться в ресторан казалась веселой, но сегодня она была дико странной.
– Ой, только не надо включать заднюю! Я уже отменил все планы, предвкушая развлекательную программу.
– Не-не-не, выброси эту чушь из головы! Там будут ее родители, всякие взрослые серьезные люди…
– Да какая, к черту, разница, кто там будет? – вздохнул Шестаков. – Законы в диких джунглях просты: либо ты покоряешь самку, либо ее покоряет другой самец. В нашем случае главное – не остаться зрителем.
– Весело тебе, да, философ? – Антон закрыл глаза, ощущая пульсацию в висках.
В словах Вити была бы истина, но только в том случае, если бы Снегирева реально нравилась Антону. Вот только… нравилась ли? Да, у нее однозначно приятная улыбка, теплая, подобно летнему солнцу. Красивый, мягкий голос. Казалось, она не говорит, а поет, подобно соловью. Мысли о Юльке отзывались огоньками в сердце, сладкой тяжестью внизу живота.
Нравилась ли она ему по-настоящему? Та ли она девушка, ради которой он готов решиться на авантюру, или это банальное желание вернуть все на прежние места? Здороваться с ней утром, раздражаться от ее навязчивости, получать подарки и поздравления. Если все это говорит о симпатии, то, видимо, придется действовать. Однако если нет…
– Слушай, я не знаю.
– Ты вчера изнывал от ревности, а сегодня не знаешь? – хмыкнул Шестаков. – Не узнаю тебя, Тох. В силу своей природной харизмы я не дружу с проигравшими. Так что: либо едешь ты, либо… – друг сделал многозначительную паузу, а затем продолжил: – Я справлюсь с этой миссией один.
Секунд пять Антон молчал. Нет, он, конечно, не хотел, чтобы Шестаков поехал и Юля растеклась лужицей перед ним. А ведь Витя действительно мог сотворить подобное, в этом Антон не сомневался.
– И как ты себе это представляешь? Мы явимся туда и…
– Расскажу по дороге. Во сколько торжество начинается?
Это была самая странная идея, на которую только можно подписаться. Леваков понимал, что со стороны это будет выглядеть глупо, вполне вероятно, люди их засмеют, и Снегирева, скорее всего, тоже будет в числе этих людей. Однако маленькая надежда все же лучилась где-то глубоко в душе, и отказываться от нее почему-то не хотелось.
К назначенному времени Шестаков прикатил на черном джипе. Он был из довольно богатой семьи и никогда этого особо не скрывал: дорогие часы на руках, брендовые шмотки, поездки на отдых в лучшие отели, крутая машина. Витя мог позволить себе многое, практически все. В этом они с Антоном были схожи.
– Привет, – произнес Антон, протягивая ладонь в открытое окно дорогой машины. Его взгляд сразу зацепился за одежду друга: пиджак цвета сандалового дерева, идеально выглаженная белая рубашка с расстегнутыми пуговицами, изящная бабочка и две серебристые маски на сиденье.
– Иди переодевайся и поехали, – улыбнулся Шестаков. Выскочив из машины, он обогнул ее, открыл багажник и вытащил оттуда костюм, спрятанный в черный чехол. Леваков не особо любил такие вещи, чувствовал себя в них как-то неуютно.
– Ты больной, – выдохнул Антон, однако чехол взял.
– Будет весело, – засмеялся Витя.
– Выглядишь как богатый папик.
