Квартира большая, но очень уютная уже сейчас, хотя видно, что кое-что еще не доделано — например, светильники на стенах не все повешены, несколько картин лежат в прихожей, ждут своего часа. Но это все мелочи, главное — дух квартиры, а он чувствуется сразу, едва переступаешь порог. Настоящее мужское царство, все четко и лаконично, никаких диванов веселенькой расцветки или комодов с розовыми пуфиками. Зато есть встроенные шкафы, диван, на котором может поместиться дюжина гостей, большая плазма напротив. Взгляд приковывает огромная черная кровать у стены, почему-то очень хочется потрогать покрывало на ней.
— Здесь кухня, она небольшая, но, как я понял, мама уместила сюда все, что нужно.
— Она помогала тебе с интерьером?
— Да, но выбирал я все сам.
Марат явно гордится своей квартирой. Наверное, так и должно выглядеть жилище молодого преуспевающего юриста, который большую часть своей жизни проводит на работе. Здесь он явно будет расслабляться, все для этого есть, включая большую ванну с гидромассажем, которая манит к себе сверкающей белизной.
Все такое новое, идеально чистое и очень дорогое.
— На днях все доделают, но я так торопился тебя привезти сюда. — Он обнимает меня сзади, прижимает к себе, я чувствую его дыхание на своих волосах. — Нравится?
— Очень!
— Это еще не все, пойдем.
На его лице загадочная улыбка, он в предвкушении моей реакции. А я… я просто чувствую, что именно сейчас живу, в этот момент ощущаю себя самой настоящей. Не робкой мечтательной Любой, не беспощадным блогером и не послушной дочерью, а обычной девушкой, которую сейчас обнимает парень, которого она очень любит.
— Куда? Разве мы не все посмотрели?
— Кое-что я оставил на… ужин.
Он, как фокусник, отодвигает тяжелую штору, за которой, я думала, ничего нет.
Я ошиблась!
— Я тебе обещал, что сегодня нам никто не помешает. Ну разве что Альберт превратится в Карлсона, но даже для него это было бы слишком. Проходи, не бойся.
Веранда. Настоящая веранда на восьмом этаже жилого дома. Я такие только в американских фильмах видела. Назвать открытое пространство размером с полторы моих комнаты балконом язык не поворачивается.
— Ты — романтик, Марат, — срывается с губ признание, когда я вижу сервированный круглый стол, на котором мерцает огонь свечи. — Здесь так…
— С тобой я хочу быть романтиком, Люба. А еще я хочу, чтобы ты больше улыбалась и всегда смотрела на меня так, как сейчас.
Ловлю его улыбку на теплых губах. Он ждет, довольно прикрыв глаза, я сама целую его — сначала очень осторожно, впитывая в себя каждый миллиметр соприкосновения наших губ. А потом просто забываю обо всем… так сладко и остро одновременно. И так естественно, потому что только он и только с ним!
Вздрагиваю от легкого ветра и тут же чувствую, как его объятия становятся крепче.
— Холодно? Сейчас включу обогреватель.
— Не нужно, все хорошо! Здесь так красиво!
— И вкусно. Специально для тебя шеф «Али» приготовил то, что ты больше всего любишь.
А ведь он прав — я только сейчас замечаю на столе мои любимые брускеты с красной рыбой и паштетом из тунца, салат с бакинскими помидорами и итальянской бурратой. А еще много-много зелени и горячие сырные лепешки.
— Откуда? — Вот и все, что я могу сказать! Понятия не имею, как он все это разузнал. Не у мамы же. Она вряд ли в курсе.
— Мне сказали, что я не косякну, если закажу вот это. И не обманули! — Слышу в его голосе чисто мальчишеское самодовольство.
— Так кто? — С любопытством рассматриваю блюда. Так вот, значит, какой ты, «Али»? Сам ко мне пришел. Что ж, давай знакомиться.
— Должна же быть польза от Дудкина. Он дал мне телефон твоей мачехи.
— Оксанка меня сдала? — Я даже отдернула руку от ароматного кусочка сырной лепешки, которая уже обосновалась на моей тарелке.
— Позволь я положу тебе салата.
Марат не торопится отвечать на вопрос. Довольный такой, что меня удивил. Так здорово — вот такая искренность и естественность меня всегда в нем подкупала. Когда Марат Бухтияров в отличном настроении, он способен обаять даже дьявола.
— И что она еще про меня рассказала? — Уже представляю, что скажу мачехе, как только доберусь до телефона. Но это точно будет не сегодня!
— Что ты замечательная и мне очень повезло. Но я знал это и так.
— Не все согласятся с тобой, но мне очень важно, что ты так думаешь.
— Кто со мной не согласен — это его проблемы, Люба. — Что-то в голосе Марата заставило меня напрячься и внимательно посмотреть на парня.
— Ты о чем?
— Я о том посте, который вчера появился в студенческом паблике. Как я понял, ты его видела, но если не хочешь о нем говорить — я пойму.
— Нет. Я хочу. Рассказать тебе об этом дневнике.
Вот я и сказала Марату про дневник. Как-то неожиданно получилось, словно само вырвалось из меня, но так даже лучше. После этих слов я будто ближе к нему стала.
— Не волнуйся. — Он накрыл мою ладонь своей. — Я знаю, кто опубликовал этот пост и у кого твой дневник. И я его найду и верну тебе.
