— Уварова, ты там в Томске ничего не забыла? Мозг, например, не? — покрутила у виска подруга, но это ее издевательство прошло мимо меня. — Чего ты так побледнела, будто призрака увидела?
— За эти две недели я насмотрелась на призраков: отчаяния, страха, всяких. А теперь мне вдруг так захорошело… — казалось, напряжение покинуло мое тело с остатками сил, и я безвольно откинулась на подушки кухонного дивана. Это облегчение действовало на меня похлеще какого наркотика. С неконтролируемой идиотской улыбкой на лице и ромашками в голове я пролепетала: — Какой замечательный он у тебя, ну просто бесподобный!..
— Ты сейчас открыто с моим мужем флиртуешь, что ли? — посмеялась Софка, рука которой вот-вот готова была сорваться и потрогать мой лоб.
— Да упаси небо! — взвизгнула я, даже шарахнувшись в дальний угол. — Я лучше чумой заболею!
— Это ты мне таким образом выразила соболезнования? — с возрастающим в голосе возмущением спросила подруга.
— Да ну нет же! — отмахнулась я в знак того, что сказала не то, что на самом деле имела в виду. — Можешь просто забить на то, что я полоумная, и ответить, это правда твой муж?
— Да, Уварова, это правда мой муж, мой, — чеканя каждое слово, озвучила Софка.
Отчего-то казалось, что вот в следующий миг подруга кинет мне в лицо все документы, подтверждающие, что она замужем за этим мужчиной. Но терпение Софки всегда славилось своей психоупорной функцией, поэтому почти сразу ее голос вернулся к изначальной снисходительной интонации, и она добавила: — А теперь, когда мы это наконец выяснили, у тебя есть две минуты на объяснения или я вызываю дурку.
— А мне психолога, — обиженно сказал Андрей, поставив передо мной чашку кофе, — мое эго впервые в жизни так сильно пострадало.
— Нет-нет, не надо никому дурку и психолога, — забормотала оправдания я, жестами призывая к спокойствию. — Щас все объясню, только постарайтесь не ржать, хотя бы постарайтесь.
Пока я рассказывала о событиях двухнедельной давности и моих злоключениях, внимание слушателей все больше походило на фанатское поклонение, словно они школьники какие и впервые нашли кассету родителей с порнухой.
— Боже, Уварова, ты психопатка! — любя всем сердцем, поставила неутешительный диагноз Софка. — Ну ладно Андрей, он еще как-то мог оттрахать привлекательную девицу в день своей свадьбы чисто ради не самой честной, но вполне здоровой сексуальной фантазии, но как ты могла подумать так плохо о себе?! Ну давай, скажи, разве ж у тебя на моего нерадивого муженька что-нибудь среагировало?
Я уж умолчала, что она только что меня за искреннее раскаяние психопаткой назвала, а сама так спокойно говорит об изменах мужа и своем к ним вполне понимающем отношении. Не решившись углубляться в этот психоанализ, я просто ответила по теме, которая относилась ко мне. Сейчас главное не то, что испытывает Софка к своему мужу, а то, что я к нему ничего не испытываю, и с ним ничего не испытывала, и, хвала Небу, под ним ничего не испытывала.
— Какие-то у тебя святые обо мне представления…
Софку такой размытый ответ вообще не устроил. Она буквально схватила мужа и выволокла в центр кухни, чтобы я могла рассмотреть его со всех сторон. Активно жестикулируя, как экранная продавщица из «магазина на диване» подруга представила товар лицом, так сказать:
— Ну вот погляди на него? Разве ты его хочешь?
Я посмотрела на Андрея. При всей его привлекательности, для меня он был всего лишь мужем моей лучшей подруги. Глядя на него, я была абсолютно фригидна. Софка это поняла сразу.
— Ты не можешь утверждать о моей святости. После всего произошедшего было бы крайне странным то, что я испытываю к твоему мужу вожделение.
— Ой все. Выдохни и забудь, раз уж ты не можешь наслаждаться воспоминаниями.
Подруга одарила меня взглядом, полным жалости. Таким обычно смотрят на фриков, которые не видят красоты в общепризнанных произведениях искусства, не разделяют восторга со всем миром относительно шедевров архитектуры, морщатся от нашумевших хитов и воротят нос от трюфелей как сущие деревенщины.
— Слушай, если он не твой Андрей, то я должна наслаждаться сразу?! — возмутилась я такой циничной философии подруги.
— Мда, за деревьями мы не видели леса… — помотала головой Софка, снова заявляя о моей безнадежности. — Причем тут это вообще? Наслаждаться с Андреем, Васей, Геной, пох вообще с кем. Ключевое слово «наслаждаться». Знакомо вообще, не? Может, хоть слышала о таком чувстве в пятничных новостях или от более просвещенных знакомых?
Я лишь помотала в знак отрицания, один фиг она меня уже записала в безвозвратные неудачницы. В поисках поддержки Софка жалобно посмотрела на своего мужа, который каким-то чудесным образом стал ее соучастником в этом психологическом тренинге.
— Мы, мужчины, обычно описываем это понятие одной фразой: «Жизнь надо прожить так, чтобы от члена осталась одна штукатурка», — в попытке донести смысл высокой философии своей женушки Андрей прибегнул к более доступным формулировкам.
