Через несколько недель отсутствия Карстена я сдалась. Мой муж давно убеждал меня завести нового любовника параллельно Карстену. Он считал, что это будет полезно для моего душевного и физического здоровья и к тому же освободит меня от болезненной зависимости от моего возлюбленного. Раньше подобные предложения возмущали меня, и я категорически отвечала, что мне не нужен другой мужчина, кроме Карстена. Однако предательство Карстена и его равнодушие к моему состоянию пробили брешь в моей обороне. Я невольно начала подумывать о том, что, возможно, новый мужчина поможет мне не только отвлечься и заглушить мою тоску по Карстену, но и сделает меня сексуально независимой от него. К тому же, по словам моего мужа, это было абсолютно безопасно, а выбор мужчин был настолько велик, что казалось, что я без труда найду замену моему ненадежному партнеру. Когда я сказала «да», Йенс с воодушевлением взялся за дело. Конечно, он беспокоился не столько о моём здоровье, сколько преследовал свои собственные цели, потакая своему извращенному желанию видеть меня совокупляющейся с другими самцами. Я уже знала, что он и Леа постоянно практиковали подобные встречи, и его бывшая подруга меняла до трёх или более любовников в неделю. Впрочем, я не могла проверить его слова, потому что Йенс по-прежнему держал втайне от меня номер телефона своей бывшей, а когда она приводила детей, мы никогда не оставались наедине. К тому же подобные вопросы не задают с кондачка. А времени пообщаться с ней у меня не было: Леа заходила в квартиру минут на пять, раскладывала вещи детей и прощалась. В социальной сети мне не удалось её найти по причине того, что она была зарегистрирована под вымышленным именем, как я узнала от нее самой позднее. Адрес электронной почты, с которой она якобы писала мне письма в Россию, оказался таким же фальшивым, как и многочисленные адреса Карстена и Удо. Все они были созданы моим мужем, который рассылал мне послания от их лица. Когда я сказала ему, что мне давно известно, кто пишет мне на самом деле, он с наигранным возмущением попытался отпереться, однако поток фальшивых писем тут же прекратился.
Желающих иметь секс без обязательств с привлекательной русской женщиной было хоть отбавляй. Йенс отнесся к этому, как к серьёзной работе. Сидя за компьютером целыми днями, он вел переписку с кандидатами от моего лица, отбирая наиболее подходящих. Я вообще не участвовала в процессе, предоставив моему мужу самому заниматься вопросом поиска любовника для меня. Единственное, что потребовалось от меня, это записать реплику на немецком: «Я, Марина из России, и я ищу себе любовника», о чем я потом не раз пожалела. Эти слова звучали глупо и отвратительно, и дали Йенсу впоследствии возможность шантажировать меня, но муж смог настоять на том, чтобы я произнесла их. Он мотивировал тем, что без этого мой аккаунт на сайте знакомств не может быть активирован, так как участники должны подтвердить свою подлинность. В тот момент на меня навалилось какое-то безразличие и апатия, и я послушно выполнила то, что от меня требовалось, только бы поскорее ко мне пришёл кто-то и спас меня от моей любви к Карстену. Мне действительно казалось тогда, что это поможет мне, в таком отчаянии я находилась.
Его звали Рене, и ему было всего 30 лет. Муж с воодушевлением рассказывал мне, что у Рене есть два автомобиля, мотоцикл и даже яхта и что он очень заинтересован во мне. Йенс переслал мне фотографии. Это был очень симпатичный парень с темными волосами и широкой доброй улыбкой. И я согласилась. Рене знал, что ему предстоит встреча с семейной парой, он был возбуждён и взволнован и писал, что для него это первый опыт встреч такого плана. Накануне его визита Йенс созвонился с ним по телефону, и они проболтали около двух с половиной часов! Меня всегда поражала способность моего мужа так быстро сходиться с людьми и располагать их к себе. Будучи по натуре интровертом, я удивленно смотрела, как Йенс, где бы мы ни находились, заговаривает с любым незнакомым человеком, находящемся поблизости. О чем он мог так долго говорить с Рене, я даже не представляла. По всей видимости, он рассказал ему историю всей нашей жизни. И даже попросил этого совершенно незнакомого парня, которого он даже ещё ни разу не видел, взять на себя ответственность за мою судьбу в случае его, Йенса, внезапной кончины. Он даже не замедлил написать об этом моей маме и Рональду. Вот уж воистину сумасшедший! Моя мама, удивленная, переслала мне его письмо и спросила, кто такой Рене. О Боже, кто такой Рене? Я даже не знала, что ей сказать. «Просто знакомый моего мужа». «Тогда почему он поручает ему твою судьбу? – не могла взять в толк мама. – Он что, адвокат?» «Нет, он всего лишь инженер», – отвечала я.