Итак, моих скромных средств хватало только на близлежащие города. Но все они не представляли никакого исторического интереса, кроме Целле, в котором я уже побывала вместе с Вероникой и Рональдом. Поскольку мы были там всего лишь проездом, я решила, что в этом городе есть ещё много красивых достопримечательностей, которые я не успела увидеть из-за ограниченного времени. Поэтому было решено – я еду в Целле. Билет туда и обратно стоил всего 40 евро, таким образом, я не превышала мой лимит и у меня ещё оставалось 10 евро в запасе. Через несколько дней 29 апреля в Бад Бодентайхе начинался ежегодный рыцарский спектакль, когда на поле перед замком феодала (ныне это здание городской администрации) раскидывались шатры с гербами и щитами, проводились рыцарские турниры и стрельбы из лука, разворачивались сценки из бургерской городской жизни средних веков, шумела городская ярмарка, а по дорожкам бродили горожане, переодетые в средневековые платья. В ночь на 1 мая все это завершалось феерией Вальпургиевой ночи, когда Везельвул с другой нечистой силой устраивали мистическое яркое представление с огненным шоу. Завершалось все это танцами в под волынки и барабаны, продолжающимися до рассвета. На это ежегодное представление съезжались жители из разных уголков Германии. Я тоже не хотела пропустить такое событие. И я очень надеялась, что в волшебную Вальпургиеву ночь я увижусь с Карстеном, который, как я знала, принимал активное участие в подготовке к празднику. Но вход на территорию замка во время спектакля тоже стоил денег. Мои 10 евро как раз решили бы этот вопрос.
Заявив мужу, что я иду на прогулку, не вдаваясь в дальнейшие объяснения, я отправилась на вокзал. Купить билет в автомате теперь не представляло для меня проблем. Как всегда, пересадка в Ильцене, направление Гёттинген. В этот раз я намеренно не отвечала мужу на его сообщения в вотсапе. Злясь на Карстена, я невольно вымещала мои эмоции на Йенса, к тому же он был так же виновен в том, что случилось. Карстен появился в моей жизни по его просьбе и инициативе. Йенс представил мне его как своего самого лучшего и надежного друга, хотя на тот момент знал его от силы несколько недель. Йенс гарантировал мне его верность и преданность, он постоянно поддерживал во мне веру в его любовь, он обещал мне, что Карстен никогда не покинет меня. А слова Карстена лишь подтверждали это, создавая внутри меня глубокую убежденность в том, что так оно и есть на самом деле.
Я мстительно отключила мобильник. Это был невинный поступок по сравнению с тем, чему подвергли меня мои муж и любовник.
На станции в переходе очень удобный указатель извещал о том, что налево пойдешь – в новый город попадешь, а направо пойдешь – в старый город попадешь. Конечно, мне надо было в старый. Я вышла на площадь перед вокзалом. В Целле очень удобное расположение улиц. Здесь невозможно заблудиться. Не зная дороги и не умея пользоваться гугл-картой, я просто двигалась вниз по улице. Сразу за мостом передо мной слева оказался прекрасный парк. Это была пора цветения сирени, и её благоухание наполняло все пространство. Я включила телефон и начала фотографировать. В вотсапе сразу посыпались сообщения от мужа, но я игнорировала их. За маленьким парком передо мной открылся ещё более чудесный пейзаж: на холме перед огромным живописным водоёмом возвышался дворец. В пруду, над которым склонились плакучие ивы, плавали уточки, а вокруг раскинулся огромный парк, наподобие Версальского, по которому прогуливались отдыхающие. На переднем плане я увидела памятник, изображающий вздыбленную лошадь, которую пытается удержать мальчик. Пройдя вдоль парка, обзор которого я оставила на обратный путь, я дошла до Альтштадт (старого города). Именно здесь мы были с Никой и Рональдом по пути в Эссен. Теперь я могла никуда не торопиться, и я наслаждалась, прогуливаясь по узеньким улочкам среди разноцветных фахверковых домов, которые хотя и были построены в одном стиле, но все же носили отпечатки индивидуальности каждый. Внимания заслуживало практически каждое здание, и я сделала не менее пятисот снимков в тот день. В парке на обратном пути я обошла вокруг дворца, часть которого была в лесах (шла реставрация), а потом присела на лавочку в одной из аллей, доедая запасливо захваченную из дома булку. Снимки я перекинула в «облако» и удалила их с телефона, чтобы не выдать моё тайное путешествие мужу, который имел обыкновение рыться в моем мобильнике. Йенс не должен был знать, что у меня есть наличные деньги и что я умею самостоятельно покупать себе билеты. В тот момент я уже готовилась к побегу. Моё отсутствие в течение пяти-восьми часов вне дома тоже должно было постепенно подготовить моего супруга к тому, что я могу уйти на длительную прогулку. Следующей такой прогулкой должен был стать собственно мой отъезд в Россию.