Я замерла у окна, глядя на ковер из огней у наших ног — темнели вдалеке квадраты спальных районов с редкими желтыми прямоугольниками не спящих окон, россыпью алмазов сверкал мост через черную полосу реки, слепили яркие оранжевые всполохи тянущихся вдоль дорог фонарей. А звезд было много, и бездна над нами — осеннее небо — казалась ещё более светлой, чем ее отражение внизу.
Женя обнял меня сзади.
— Теперь не страшно? — прошептал тихо, губами касаясь уха.
Я вздрогнула, млея от его близости, а потом обернулась к нему, обвила шею руками и поцеловала, забрав его вздох.
Мы целовались, как молодожены, забыв, кажется обо всех и обо всем. Ночь ведь создана для тишины и близости, а разговоры — дело дня. Ночная болтовня после шести утра обесценивается, так зачем тратить на неё время? Мы и не тратили больше.
Женя рывком поднял меня, я обхватила ногами его бедра и уже через мгновение оказалась на пустом столе. Босс провел руками по моему телу, очерчивая каждый изгиб, а я подалась ему навстречу.
Мне казалось, что мы занимались любовью на краю ночи и неба. Тьма и звезды, спящий город, пустой ресторан, свечи на соседнем столе, а рядом он — такой близкий и такой далекий, угадывающий каждое мое желание, грубый и нежный, порывистый и внимательный одновременно. Как получилось, что все зашло так далеко?
Мне не хотелось приходить в себя. Не хотелось отпускать его, но он отстранился первым.
— Не уходи, — прошептала я, но его уже не было рядом. Он меня не слышал.
Мы попробовали всего пару закусок и, забрав с собой бутылку вина, заспешили вниз — по темным коридорам и светло-сиреневым галереям, убегая от нашей сказки и нашего единства в мир, где нам было не так просто. И вроде бы прошло меньше часа, да только часы в машине показывали три.
Женя гнал по пустым улицам сонного города.
Я пребывала в какой-то прострации — будто бы дремала и не могла заснуть. Фонари, что были маленькими точками у моих ног всего мгновение назад, превратились в гигантские цветы, пролетающие мимо и оставляющие после себя шлейф из света.
— Ты спишь? — тихо спросил Женя.
— Нет, но почти.
— Поедем ко мне?
— Давай. Женя, — я уцепилась за одну ясную мысль, которая помогла мне не уснуть. — Почему ты спрашивал сегодня про загранпаспорт?
— А. Точно, — он кивнул. — Мы едем в Англию через три недели. На конференцию. Покажем проект по "Евразии" и представим ещё пару.
Я подняла голову и нахмурилась, глядя на собеседника.
— И я тоже еду?
— Естественно.
— Коллектив будет не в восторге. Почему ты не берешь кого-то более опытного?
— Потому что это наш проект. Мой и твой. А кроме всего прочего мне удобно с тобой работать. Ты понимаешь меня с полуслова, схватываешь все на лету, не пытаешься умничать и доказывать свою значимость, рисуясь передо мной. И вообще… Аня, я тяжело схожусь с людьми. От них я требую многого, а мало кто может работать столько, сколько я.
— А я могу…
— Ещё как.
Я грустно улыбнулась. Ну а что я хотела услышать в ответ? Сама же уверяла себя, что Женя ценит во мне не только любовницу, но и специалиста тоже.
— А почему не берешь Игоря Сергеича?
— Он остается за главного. Лешка летит с нами.
Значит, никакой романтики. Только работа. Я буду в Англии с любимым мужчиной, но думать мы будем исключительно о проектах.
И почему, когда человек счастлив, он не может наслаждаться своим счастьем? Вечно придумывает себе какие-то проблемы.
Я вздохнула, и тут зазвонил Женин мобильный. Он глянул на экран и, поджав губы, сбросил.
— Кто там? — спросила я, лишь мельком увидев надпись.
— Да так… Ничего важного…
Ему звонила Ната. Хотя он и спрятал телефон быстро, прочитать имя я успела. Закусила губу, чтобы не лезть с расспросами. Придет время — и Женя все расскажет мне сам. По крайней мере, в это хотелось верить.
Его телефон звонил ещё дважды — когда мы поднимались в квартиру и когда уже легли спать. В итоге Женя просто выключил звук.
— Может, лучше ответить? — наконец, спросила я.
— Ничего хорошего из этого не выйдет, — Женя обнял меня, устраиваясь на подушке. — Спи.
Он не разбудил меня утром. Написал сообщение, что ушел пораньше, а я могу приехать к обеду, соврав коллегам, что была у клиента. А я не хотела врать и привилегий его любовницы тоже не хотела, но не знала, как объяснить это Жене, не обидев его. Он ведь не давал мне права выбора, решая, как босс, все за меня. Может, я бы лучше не выспалась, но не опоздала. И, может быть, мне и не нужна была материальная помощь. За Маркелова я и так получала деньги в виде прибавки к премии.
