Я не могу не думать о том, что было несколько месяцев назад, когда я была полна безграничной оптимистической энергии по поводу всего, что может случиться. Да, у меня было кольцо с бриллиантом и не было ни мужчины, ни плана, но мне казалось, что у меня масса возможностей. Это было волнующе. У меня был выбор. Теперь кажется, что выбор я сделала неправильный. Как сказала Софи, тайное стало явным, я получила кучу писем от авторов и редакторов разных свадебных журналов и женских сайтов, все они предлагают написать о моей свадьбе, если я соглашусь на интервью. Черт, где-то там портниха подгоняет мое платье по фигуре как раз в эту минуту. Хорошо это или плохо, но подготовка к свадьбе идет, и это по-прежнему может спасти бизнес.
– Я не готова пока отказываться от магазина, – в конце концов говорю я. – Не знаю, как я все это буду исправлять. Но попробовать надо.
«Зайду выпить, – пишу я Раджу, выходя в тот вечер из магазина. – Мне правда надо».
«Что случилось?» – отвечает он.
«Ы. Лично расскажу», – пишу я.
В «Золотых годах» сегодня непривычно много народу; заняты все барные табуретки, а группа клиентов стоит с бокалами в руках, жадно глядя на места вдоль стойки. Когда Радж меня замечает, то машет в сторону самой дальней от двери табуретки. Я протискиваюсь сквозь толпу, и меня встречает башня из сырных палочек и полный кувшин пива.
– Я решил, тебе понадобится больше одного бокала, – говорит Радж, улыбаясь поверх этих трофеев. – И я сберег для тебя место от этой бригады отмечающих день рождения.
Впервые больше чем за сутки я по-настоящему улыбаюсь. Усаживаюсь на табуретку и тут же запихиваю верхнюю сырную палочку в рот, пока Радж наливает мне первый бокал пива.
– Ы осто амгем, – говорю я, пытаясь назвать его ангелом с набитым жареным сыром ртом.
– Так что у тебя стряслось? – спрашивает он.
Я бормочу объяснения в тарелку, чтобы не видеть лица Раджа.
– Мы с Блейком расстались, – тихо говорю я.
Я почти чувствую, как сидящая рядом девушка прислушивается, а мне не улыбается оказаться в вирусном твите про подслушанную в баре историю разбитого сердца.
– Он был готов объявить о нашей помолвке, а я просто не могла ему позволить это сделать до того, как он узнает правду про то, почему я за ним охотилась и как планировала свадьбу. Так что я ему сказала, и он, ну, расстроился.
– Элайза, нет, – морщится Радж. – Мне так жаль. Это ужас.
Но то, что он говорит дальше, застает меня врасплох.
– Как ты, держишься? – спрашивает он.
Я не заслуживаю сочувствия. Я пожимаю плечами и смотрю в тарелку, чтобы не смотреть Раджу в глаза.
– Ладно тебе. Расставание всегда ужасно. Не надо делать вид, что ты молодцом.
– Да, но я это заслужила. То, что мне так погано, – замечаю я.
– Может, это была не лучшая твоя идея, но ты хорошая, – говорит Радж. – Я знаю, что хорошая. Иначе ты бы вообще не созналась Блейку.
Я не знаю, верю ли я ему. Меня внезапно страшно тянет грызть ногти или ковырять пальцы, – что угодно, только бы отвлечься от своих чувств, – но я знаю, что нельзя.
– Так что теперь? Свадьба отменяется? – спрашивает он.
– Не знаю. Наверное. Я просто… я не знаю. Я не знаю, смогу ли поговорить с Блейком.
Радж снова морщится.
– Да, это будет непросто. После того, как ты типа растоптала его чувства.
Его слова заставляют меня очнуться от жалости к себе и что-то сделать.
– Не начинай, – говорю я, кидая сырную палочку ему в лоб.
Он успевает нырнуть и уклониться и стреляет в меня из пальцев, давая понять, что не считает меня уж совсем скотиной. Или, по крайней мере, я надеюсь, что именно это он имеет в виду. Потом он срывается к клиенту.
Пока Радж работает, я мрачно листаю Инстаграм. Похоже, Холден и Фэй ходили в выходные на свадьбу. Он запостил их совместную фотографию в вечернем; она откомментила: «Мой вечный спутник на свадьбах». Я так стискиваю зубы, что они сейчас рассыплются в пыль.
Радж еще занят. Меня трясет от отчаяния. Если кто-нибудь и знает, что сказать, чтобы мне сейчас стало лучше, это Хелен – обо всем этом надо поговорить с ней. Я набрасываю ей письмо.
«Привет, Хелен.
Как ты? Знаю, что меня давно не было слышно. Прости, что не звонила чаще. Я по тебе скучаю.
У «Украшений Бруклина» дела идут неважно. Осенью нам поднимают аренду, а я не знаю, сможем ли мы ее себе позволить. Ну, это не совсем правда – я точно знаю, что не сможем. Я думала, у меня есть план, как с этим справиться, но все развалилось, и…»
Радж возвращается ко мне с надеждой в глазах.
– Вид у тебя несчастный. От чего тебе станет получше? Выпить? Отвлечься? – предлагает он.
– Отвлеки меня, пожалуйста. Это было бы идеально, – говорю я, сохраняя и закрывая черновик письма, прежде чем закрыть его.
Я все равно ничего не могу рассказать Хелен, чтобы не выглядеть неудачницей. Я не хочу, чтобы она видела меня в таком состоянии; она будет разочарована.
– Ну, у меня день был не такой драматичный, как у тебя, но получилось совершить прорыв с МРП для Кармен – с минимально рабочим продуктом, – напоминает он мне. – Я пока не закончил, но думаю, она будет очень довольна. В смысле, надеюсь.
Он стучит по деревянной стойке.
