Пруденс заплакала, когда Алиса отъехала от нее. Она сказала что-то и показала в сторону Томаса, который пожал плечами: ему было явно не по себе. Она обезумела оттого, что ее свободу меняли на его арест. Поддержка старшей сестры мало повлияла на Пруденс. Томас, нахмурившись, смотрел на Осборна и Филиппа. Очевидно он не ожидал, что Алиса так скоро отпустит Пруденс.
Осборн выругался.
– Осторожно, – язвительно предупредил Филипп. – Вы ведь не хотите, чтобы до лорда протектора дошло, что вы пользуетесь таким языком.
Осборн засмеялся:
– Когда был жив старый Железнобокий, я бы никогда громко не выругался. Его сын… – он пожал плечами, и без объяснений было ясно, что он имел в виду. Ричард Кромвель значительно уступал своему отцу. Даже те, кто поддерживал его, знали это.
– Поехали, – закричал Осборн. – Я хочу закончить с этим фарсом. Госпожа Лайтон, проезжайте!
Пруденс прикусила губу. Она обернулась и посмотрела на солдат. Они вновь сомкнулись в шеренгу, создав надежный защитный барьер между Лайтонами и свободой. Наездники не двигались, но их лошади нетерпеливо играли удилами, мотали головой и били копытами. Это говорило о том, что наездники тоже были неспокойны. Пруденс что-то сказала Алисе, которая тоже смотрела на солдат.
Беспокойство Осборна переросло в зловещее раздражение. Он поднял руку, и одним взмахом разрушил тщательно разработанный план Филиппа.
Отряд солдат пришел в движение, которого одни ждали, другие боялись. Развернувшись веером и непоколебимо продвигаясь вперед, они приближались к Лайтону сдержанным и твердым шагом.
Филипп сердито повернулся к Осборну:
– Что все это значит?
Осборн пожал плечами:
– Очевидно, эти роялисты собираются нарушить наше соглашение. Я просто подстраховываюсь, чтобы не потерять Томаса из-за его сестер, которые что-то замышляют.
– Прикажите своим людям остановиться, – сердито сказал Филипп. – Позвольте мне поговорить с дамами и объяснить им кое-что.
Осборн изумился:
– Я сомневаюсь, что это возможно, но хорошо, можете попытаться.
Хотя его план был серьезно скомпрометирован, Филипп остался доволен таким развитием событий, так как это позволит ему подъехать к Алисе и Пруденс и защитить их, когда Томас бросится в лес. Он только собрался пришпорить коня, как вдалеке показался еще один всадник, несущийся стремительным галопом. Опять все замерли.
На этот раз наездником оказался Цедрик Инграм. Он раскраснелся, и озверело уставился на них.
– Остановите их! – закричал он, приблизившись. – Не позволяйте им уйти.
Осборн вздохнул:
– Все должно было произойти так просто. Что случилось?
Желание ввязаться в драку было нестерпимым, но Филипп заставил себя остаться спокойным. Когда в деле замешан Цедрик Инграм, быстрая сообразительность важнее грубой силы.
Инграм, задыхаясь, подъехал к Осборну и Филиппу:
– В Стразерн-холле нет никого из Лайтонов. Никого! Это пахнет предательством! Арестуйте немедленно Томаса Лайтона. И дам тоже.
– Отличная идея, – подчеркнуто медленно произнес Осборн. Он поднял руку, чтобы подать один из своих опасных молчаливых сигналов.
Филипп, отчаявшись сбить его с толку, злобно сказал:
– У вас навязчивая идея предательства, Инграм. Вы настолько сами увлеклись предательством друзей, что вам чудится это в действиях других.
Цедрик отмахнулся от его замечания с такой легкостью, как отмахиваются от назойливой мухи:
– Где же еще быть семье Лайтон, как не здесь, чтобы помочь их любимому Томасу удрать целым и невредимым? Сэр Эдгар, я вас умоляю, послушайте меня! Затевается побег Томаса Лайтона. Вы должны действовать немедленно!
– Вы действительно предатель, – презрительно сказал Филипп. – Вы думаете, что золота, которым вас награждает Осборн, хватит, чтобы оплатить потерю дома и уважения окружающих?
Цедрик изумленно посмотрел на Филиппа и засмеялся:
– Деньги – не выход. Власть – другое дело! Осборн предложил мне место при дворе лорда протектора. Я буду влиятельным человеком, как того и заслуживаю.
Филипп невесело рассмеялся:
– Желаю вам наслаждаться новым положением, Инграм, но я сомневаюсь, что власть, которую вы приобретете, окажется такой пьянящей, как вам хочется.
Цедрик насупился:
– Вы говорите так, как будто сами имели что-то подобное.
Осборн засмеялся. В отличие от Филиппа его забавлял этот разговор.
– Он знает. Ему однажды предлагали положение при дворе лорда протектора, которое было бы намного выше того, что предлагают вам, – когда нахмурившийся Цедрик собрался задать вопрос, Осборн добавил: – Довольно! Я хочу немедленно взять Томаса Лайтона под стражу!
Он подал сигнал Вестону, а тот приказал драгунам скакать рысью.
В этот момент Томас Лайтон оглянулся на Филиппа. Они без слов поняли друг друга. Томас кивнул и, пришпорив лошадь, пустил ее галопом. Филипп сделал то же самое. Когда Томас понесся к деревьям, Филипп поскакал к беззащитным Пруденс и Алисе.
