Началось настоящее хождение по мукам, которое можно описать на бумаге, но невозможно представить по-настоящему. Преодолевая слабость и отчаяние, Ханако работала над своей книгой, встречалась с бывшим адвокатом Зорге по имени Асанума Сумие, обивала пороги бесчисленных кабинетов чиновников, пытаясь пролить свет на местонахождение могилы Зорге. Иногда происходящее начинало напоминать какую-то мрачную фантасмагорию. Мертвый Зорге внезапно стал не менее грозен и опасен, чем Зорге живой! В воспоминаниях Ханако пред читателем проходят образы японских чинуш, которых иначе чем «салтыков-щедринскими» и не назовешь. Ведь покойный был советским шпионом? А вы ведь знаете, какое сейчас время? Время тревожное, коммунисты не спят, не надо огорчать и беспокоить уважаемых американских друзей, на благоволении которых зиждется наше благополучие.
Унылый, бессмысленный и унизительный бред, который невозможно было даже слушать. Вступать в спор с этими людьми было совершенно бессмысленно, и Ханако продолжала свои поиски. Надежды на советское посольство тоже не оправдались. Слава Зорге была еще впереди, и Исии ничего не добилась от представителей страны, ради которой ее Рихард не пожалел жизни. Но, как известно, любовь преодолевает все. Любовь Ханако преодолела упертость, тупость и трусость, которые клубились вокруг нее, как туча. Ей удалось выяснить, что казненные были похоронены на общественном кладбище Дзосигая. Мрачным и заброшенным оказалось это Дзосигая. Во время войны местные растащили на дрова деревянные таблички с могил, посетители не жаловали это место своим вниманием, но именно здесь нашей героине предстояло найти останки своего любимого. Если верить Ханако, то когда она пришла в это мрачноватое место, то ей послышался голос самого Зорге, который воскликнул: «Миякэ, я ждал, ждал!» Найти братскую могилу удалось благодаря помощи доброго смотрителя кладбища, который не боялся американской администрации и международных последствий такого скандала. Добрый японец сумел указать отчаявшейся женщине место захоронения казненных преступников, среди которых был похоронен в необычном гробу некий европеец. Надо отметить, что японские гробы чем-то напоминают бочки и сильно отличаются от привычной нам формы. Как известно, важные начальники с успехом могут раздуть из мухи слона, но простые люди уж как-нибудь между собой договорятся.
Рассказ о работе Ханако над ее книгой увел бы нас сильно в сторону, так что достаточно сказать, что книгу она все-таки написала, издала и даже получила большую часть гонорара. Потом издатель немного схитрил и не выплатил всю причитающуюся сумму, но это, как говорится, было платой за вступление в славный цех литераторов. Ханако смогла приобрести небольшой участок на кладбище Тамма и договориться об эксгумации останков. Мудрый смотритель пояснил, что нет нужды беспокоить всемогущих американцев и преданных новым хозяевам чиновников.
Ханако, каменотес с кладбища Тамма, смотритель и могильщики собрались на кладбище 16 ноября. Шел 1949 год, прошлая жизнь казалась такой далекой, но в то же время невероятно близкой. Казалось, Зорге совсем недавно помахал рукой и смешался с толпой… Могильщики выпили по чашечке сакэ и взялись за лопаты. Дело пошло быстро, и вот уже крышка гроба явилась на свет. Истлевшие кости, истлевшие кости, как узнать в вас человека, который любил и страдал, смеялся и печалился, был полон надежд и сомнений. Вот повод задуматься о тщетности всех человеческих желаний и стремлений, да и кто мог бы поручиться, что не произошло ошибки, и из земли явились останки кого-то другого? Поручилась сама Ханако. Сломанная и криво сросшаяся берцовая кость – напоминание о ране, полученной в годы Первой мировой. Когда молодой Рихард храбро сражался за Родину и кайзера. Знакомые коричневые ботинки, которые были на нем во время той, последней встречи.
«
