Кисо Ёсинака, его воины, его обоз и его Томоэ Годзэн вступили в изрядно потрепанную столицу. Дальнейшие события показали справедливость мудрой пословицы: «Не возжелай себе нового царя». Заносчивые Тайра были подобны рыбной кости, что застряла в горле, но явившийся им на смену Ёсинака не нуждался в подобных сравнениях, ибо был совершенен в своей непригодности для верховной власти. Его войска занялись тем, чем обычно занимаются войска, оставшиеся без дела и без жесткого контроля: грабежом и насилиями. Напрасно Го-Сиракава, который успел вернуться во дворец, слал грозные повеления с требованиями прекратить бесчинства. Сам Ёсинака раздавал чины и земли и мнил себя вполне самостоятельным повелителем страны, тем более что его конкурент – Ёритомо-но Минамото ничем еще себя не проявил. Но грабеж и насилия – это еще полбеды. Худо было то, что наш герой ничего не смыслил в придворном этикете и правилах приличия, да и не желал смыслить, полагая, что править и побеждать можно и без этой смехотворной суеты, к которой привыкли изнеженные аристократы. Придворное одеяние сидело на нем неуклюже, парадная шапочка и шаровары сасинуки были перекошены. Да и за меньшие провинности в прежние времена нечестивца изгоняли из столицы без права вернуться обратно! Наш Ёсинака полюбил ездить в парадной повозке и кричать «погоняйщик» вместо «погонщик». Кончилось это тем, что однажды слуге послышалось: «погоняй-ка», и он не замедлил выполнить приказ. Вол помчался вперед, а повозку и сидящего в ней Кисо основательно растрясло. Впрочем, последнего это не сильно смутило. Подобных происшествий было немало, и вся столица перешептывалась о том, какого олуха и дикаря послали боги вместо Тайра. Конечно, Тайра были неприятны, но они хотя бы что-то понимали в придворной жизни. Кисо же не желал ничего слушать, а над придворными откровенно насмехался. Приблизительно в это же время наш герой взял в жены дочь Фудзивара Мотофуса. О роде Фудзивара и его роли в придворной жизни мы уже упоминали. Что касается избранницы Кисо, то о ней не известно ничего определенного, но можно предположить, что для древнего и славного рода Фудзивара подобный брак был уступкой непреодолимым обстоятельствам, ибо так уж заведено среди людей. Наличие супруги никак не повлияло на статус Томоэ, ибо так уж было принято, что наличие жены никак не унижает наложницу, а наличие наложницы не должно смущать добрую жену. Подобный порядок устраивал японцев на протяжении многих веков, и только в XIX веке император Муцухито официально отказался от наложниц, подавая пример своим подданным. Пришло время жить по новым правилам, приобщаясь к достижениям и нравам западной цивилизации, в том числе и тем, которые касались семейной жизни.
