Целую ночь грохотали пушки, трещали автоматные очереди, барабанили пулеметы, разрывались гранаты, бабахали снаряды фаустпатронов. Казалось, что все живое, способное к сопротивлению, должно быть уничтожено, стерто, разорвано, но стоило только пойти в наступление, как сражение за форт разгоралось с новой силой. Столкновения завязывались в самых неожиданных местах, даже в тех, из которых немцев давно выбили, а значит, через тоннели, связывающие форт с Цитаделью, к ним бесперебойно поступало подкрепление.
Около двух часов ночи удалось взорвать тоннели вместе с остатками фрицев, находившимися в переходах. После чего в значительной степени удалось потеснить немцев — занять большую часть нижнего яруса крепости и отодвинуть их от лестниц. Но за немцами оставались казарменные помещения и склады с оружием.
Поляки говорили, что с форта «Раух» до окраины Познани тянется подземный тоннель, тщательно замаскированный, о котором мало кто знает. Осталось только отыскать его расположение и устроить в нем засаду для той части непримиримых, что еще оставались в форте.
На поиски тоннеля были отправлены три разведгруппы. Две вернулись ни с чем, дожидались группы майора Бурмистрова.
Подполковник Крайнов нервно посмотрел на часы: Прохор должен был подойти еще полчаса назад, однако задерживался. Форт «Раух» представлял собой настоящий лабиринт из множества тоннелей, коридоров, подземных комнат и всевозможных переулков, в каждом из которых могла затаиться засада. А если учесть, что недобитые фашисты по подземным ходам блуждали из одной части крепости в другую, то потенциальная угроза была весьма серьезной.
Дверь вдруг распахнулась, и в комнату вошел Бурмистров. В перепачканном маскхалате, по щекам размазаны следы пороха; выглядел слегка возбужденным, что для него было несвойственно.
— Нашел, товарищ подполковник, — с ходу устало объявил майор. — Подземный тоннель идет из западной стороны крепости. Мы прошли по нему от начала до конца. — Бурмистров подошел к карте, закрепленной на стене, и громко продолжал: — Сейчас остатки немецкого гарнизона занимают центральную часть форта. Подойти к ним не представляется возможным. Некоторые проходы взорваны и засыпаны обломками стены. Другие, например, со стороны лестницы и с восточной стороны, заминированы. По нашим разведданным, их охраняет отряд эсэсовцев, прибывших из-под Кёнигсберга… Обстреливать центральную часть форта артиллерией тоже не самое лучшее решение, в этом случае мы подвергаем риску значительную часть наших людей… Вооружения и боеприпасов у немцев тоже хватает, с таким обеспечением они могут продержаться еще неделю, а то и две. Но у нас нет времени ждать. Поэтому я предлагаю ослабить кольцо окружения с западной стороны и дать немцам возможность пробиться к замаскированному тоннелю, который проходит под Вартой и ведет в сторону района Марцелин. А уже на выходе их встретит рота штурмовиков и уничтожит! На мой взгляд, это единственный путь избежать больших потерь.
Двадцатипятилетний командир полка внимательно выслушал сообщение. Еще каких-то несколько минут назад он был склонен к тому, чтобы расколошматить фугасами центральную часть здания. А далее огнеметным танком сжечь внутри всех оставшихся гитлеровцев.
Намеченный план имел ряд существенных недостатков, первый из которых заключался в том, что у немцев могли оставаться силы для контратаки. Фашисты не слабый противник, они наделены крепкими нервами, им нечего терять, и совершенно неизвестно, как обернется предстоящий бой для красноармейцев. А терять людей не хотелось. Второй состоял в том, что фрицы находились в окружении на небольшом пространстве, а в наступившей неразберихе штурмовики могли открыть огонь по своим. В конце войны, когда от победы отделяло совсем немного времени, подобный риск был неоправдан.
План, представленный майором Бурмистровым, был превосходным. Вот только захотят ли немцы пойти в уже расставленные ловушки? Годы войны убедили подполковника Крайнова, что гитлеровцы способны мыслить нестандартно и могут преподнести какой-нибудь неприятный сюрприз.
— Пусть будет по-твоему. Но хочу внести в план одно небольшое дополнение. Атаковать начнем с трех сторон, оставив направление на тоннель неприкрытым. Ну а дальше, майор, ты организуешь фрицам «горячую» встречу.
— Есть, товарищ подполковник! — широко улыбнулся Бурмистров.
