В дело вступили и другие доверенные организации. Русские казаки устраивали военные лагеря для молодежи. Расположение Путина снискала пропагандистская милитаризованная группа байкеров «Ночные волки». За четыре года до появления «зеленых человечков» в Крыму Путин с ревом моторов и в облаках пыли триумфально въехал на полуостров на трехколесном Harley Davidson в сопровождении байкеров в кожаных куртках и банданах. Никто и никогда не смог точно подсчитать объемы финансирования таких групп. Например, в 2014 году «Ночные волки» получили от Кремля 18 миллионов. Это был один из самых больших грантов, выданных на «патриотическое воспитание молодежи». Однако поскольку Кремль, и в частности ФСБ, мог обратиться за средствами к любому магнату и использовать любой свой резервный фонд, неофициальных источников финансирования хватало с лихвой.
Операция в Украине началась почти незаметно. Когда в 2005 году, вскоре после «оранжевой революции», группа пророссийских сепаратистов основала политическое движение «Донецкая республика», это никто не воспринял всерьез. Лидерами стали «трое сумасшедших» с невнятными биографиями: один из них, русский националист Андрей Пургин, коренастый мужчина с курчавой бородой, прежде чем податься в сепаратисты, успел сменить порядка семидесяти работ, в том числе в цирке. Группа собирала немногочисленные митинги, на которых требовала предоставить Донецку особый федеральный статус. Сепаратисты раздавали унылые листовки и называли украинских националистов фашистами. Постепенно их связи с группами русских националистов крепли, «Донецкая республика» начала посещать прокремлевские молодежные лагеря и примкнула к основанному Александром Дугиным Евразийскому союзу молодежи. Именно с ним и работал Малофеев. На тот момент украинское прозападное правительство запретило «Донецкую республику», но группа продолжала действовать подпольно.
— Они ездили в Москву и принимали участие в программах «Россотрудничества», — сказал советник бывшего губернатора Донецка и промышленника Сергея Таруты Константин Батозский. — Их никогда не воспринимали всерьез.
Их игнорировала даже прокремлевская администрация Януковича.
Однако в какой-то момент все изменилось. К 2012 году движение «Донецкая республика» разбогатело настолько, что открыло собственное «посольство» в штаб-квартире дугинского Евразийского союза молодежи в Москве. Началась раздача паспортов никем не признанной Донецкой республики. А затем, по словам Батозского, когда в январе-феврале 2014 года Украина тонула в хаосе протестов на Майдане, в один прекрасный день в «посольстве» появились русские и заявили лидерам «Донецкой республики», что теперь им придется поработать и их поддержит Россия.
Вскоре после кровопролитий на Майдане Янукович бежал, и политические цели периферийной группы внезапно стали реальными. Неизвестные молодчики взяли штурмом здание администрации Донецка и водрузили российский флаг. И хотя первая попытка создания Донецкой Народной Республики закончилась через несколько дней, после чего бойцов вытеснил из здания спецназ, ДНР стала авангардом «русской весны» — первый реальный ответ Кремля демократическим движениям мира. «Донецкая республика» проводила демонстрации: численность участников стремительно росла, вместо нескольких десятков протестующих в марте 2014 года теперь пришли тысячи. К движению примкнули перешедшие границу российские националисты. Украинские официальные лица заявляли, что некоторые въезжали как туристы, но были и офицеры военной разведки, контрабандой перевозившие оружие.
К апрелю демонстрации трансформировались в полноценное военное сопротивление: сотни вооруженных людей в масках врывались в административные здания по всей Украине. И хотя внутренняя поддержка по-прежнему исчислялась сотнями, по мере того как украинские войска возвращали под контроль региональные администрации, то, что начиналось с протеста пары десятков «сумасшедших», к маю превратилось в армию хорошо организованных и вооруженных сепаратистов. Всплыли и лидеры движения «Донецкая республика»: Андрей Пургин стал первым вице-премьером самопровозглашенной Донецкой Народной Республики, а прибывшие из Москвы военачальники встали у руля нового сепаратистского образования. Правительство России утверждало, что это были добровольцы, однако некоторые имели давние и тесные связи с прокремлевскими бизнесменами.
