Зарэ направляется в портняжную мастерскую.
— Здравствуйте, мастер, — иронически говорит он. — Готовы брюки или… испорчены?
— Раздевайся, — деловым тоном говорит Тигран, — пройди за занавеску и раздевайся.
Сам он тоже проходит за занавеску. Сегодня Зарэ почему-то неудобно раздеваться при Тигране. Тигран вопросительно смотрит на него.
— Не можешь там обождать? — сердится Зарэ.
Тигран выходит.
Сняв старые, выцветшие брюки и бросив их прямо на пол, Зарэ надевает новые. Таких брюк никто из ребят не носит. Даже сам Тигран. Брюки сшиты так добротно и сидят так хорошо, что Зарэ их даже не чувствует, будто они срослись с его телом. Ему кажется, что он стал стройнее и выше. Подобрав с пола старые брюки, он заворачивает их в газету. За занавеской он слышит голос Тиграна:
— В этих брюках на камни не садись. Раз в неделю их нужно гладить. Я научу тебя.
Зарэ выходит. Старик мастер, прищурясь, осматривает брюки. Тигран затаив дыхание следит за ним. Мастер улыбается. С облегчением улыбается и Тигран.
— Хорошая рука, — говорит мастер.
Один из портных усмехается. Мастер смотрит на него, качает головой и говорит:
— А у тебя вообще никакой руки нет. Просто строчишь, и все.
Тигран, увлеченный до этого брюками, обращает внимание на букет Зарэ.
— Для кого?
— Для… Люсик, — в замешательстве произносит Зарэ.
О том, что происходит в квартале, всегда можно узнать по детям. Сегодня все они автомашины предпочли другим игрушкам и вышли с ними на улицу. Каждый тянет свою машину за веревочку. Но вот появляется Гришик. Все перестают играть. У Гришика педальный автомобиль, в который можно усесться. Задрав голову, ни на кого не глядя, Гришик проезжает мимо ребятишек. Те гурьбой бегут за ним. Самые смелые подходят ближе и ощупывают его машину. А потом появляется и настоящий автомобиль, которого все ждали. И никто не замечает, как исчезает Гришик. Теперь уже его автомобиль не будет пользоваться никаким авторитетом.
За рулем грузовой машины сидит Зарэ. Его лицо сияет от счастья. Сегодня он впервые самостоятельно выехал на машине. Открываются все окна квартала, и люди с любопытством выглядывают. Дядя Арам выходит из парикмахерской и подбегает к машине. Пожав Зарэ руку, он что-то торопливо говорит ему, потом бежит обратно, к клиенту с намыленным лицом.
Детишки обступают машину. Только отверженный Гришик смотрит из своего окна. Зарэ торжественно достает из кармана конфеты и раздает детям. Затем несколько раз сигналит. Из дома быстро выходит Люсик, она поднимается в машину и садится рядом с Зарэ. Она, конечно, и до этого заметила машину, но почему-то ждала сигнала. Машина разворачивается. Дети бегут за ней до тех пор, пока она не выезжает на большую улицу.
Гордая, Люсик сидит рядом с Зарэ.
— Зарэ.
— Да?
— Далеко этот дом?
— Далеко.
— Значит, долго будем ехать?
— Долго.
Довольная, Люсик улыбается.
— Зарэ.
— Да?
— Ты будешь иногда заезжать за мной, верно?
— Буду.
— Я не стану тебе мешать. Я могу даже молчать.
— Зачем же молчать? Ты будешь разговаривать со мной. А вот я буду молчать, чтоб не отвлечься. Сидеть за рулем не так просто. Это тебе не брюки шить. И даже не костюм. Тысячи пешеходов на улице, нужно быть очень внимательным. Почему ты молчишь? Разве я не прав? — сердится Зарэ.
— Конечно, прав… Чего же ты остановился? — удивляется Люсик.
— Сейчас вернусь.
Зарэ входит в портняжную мастерскую.
— Здравствуй, Тигран.
Тигран, даже не поздоровавшись, быстро спрашивает:
— Твоя машина?
— Моя, — равнодушно отвечает Зарэ. — Хочу перекрасить. Этот цвет мне что-то не очень нравится.
— И приехал, чтобы со мной посоветоваться? — Тиграну лестно, что Зарэ интересуется его мнением. — По-моему, цвет хороший.
— Нет, я не за этим.
Тигран несколько разочарован.
— А за чем же?
— Книгу твою привез. Вот, возьми.
Тигран окончательно разочарован.
— Спасибо. — С самодовольным видом Зарэ быстро выходит из мастерской.
Машина трогается.
Зарэ делается серьезным, и теперь заговаривает он:
— Люсик.
— Да?
— Если уйду в армию, ты забудешь меня?
— Каждую неделю буду писать.
— Смотри. Но если тебе кто-нибудь понравится больше меня, я… Я не обижусь.
— Значит, тебе все равно?
— Да нет, ты меня не поняла. Конечно, обижусь. Очень обижусь.
Наконец они приезжают туда, где Зарэ должен выгрузить цемент. Люсик удивленно смотрит и видит целый городок в строительных лесах. Она давно не была в этих краях. И она не знала, что здесь растут «Ереванские Черемушки». И ей не верится, что Зарэ тоже один из тех, кто поднимает эти кварталы. Это никак не укладывается в ее представлении. Такие громадины должны бы строить здоровенные, очень важные и очень серьезные люди. А тут вдруг — Зарэ!
Она спрашивает:
— И ты строишь?!
— Ага. — Зарэ расправляет плечи и вытягивается. — Строю… — И вполголоса поправляется: — Строим… Ну да. И я тоже, с сегодняшнего дня…
Но Люсик уже не слушает его. Широко раскрыв глаза, она смотрит на других рабочих. Почти все такие же, как Зарэ, молодые. И девушек много… Девушки? Люсик хмурится, искоса смотрит на Зарэ и допытывается:
— А с этими ты знаком?
— Не, что ты! Даже не здороваюсь, — смеется он.
