— Ты знаешь, что этого сержанта Император наградил медалью «За доблесть»? — гремит кэп, нависая над бледным лейтенантом. — А ты знаешь, что Император наградил его Железным крестом с дубовыми листьями?
Лейтенант давится ответом под его яростным взглядом.
— А ты знаешь, сколько он солдат противника уложил? А про то, что вытащил раненого офицера? Сбил самолет? Размолотил кучу бронетехники? Один, без прикрытия, контуженный, плацдарм обеспечивал? Ты хочешь сказать, — гремит кэп, — что Император награждает боевыми наградами трусов, предателей и шпионов? Возводишь поклеп на боевого ветерана, который кровь за Империю проливал? Капитан!
— Сэр! — вытягивается разведчик.
— Как это классифицируется?
— Саботаж, сэр! Подрыв боеспособности! Статьи 15 и 18. В военное время караются расстрелом.
— Расстрелом… — смакует подполковник сладкое слово. Перекатывает его во рту. — Расстрелом …
Особист, наконец, въезжает, что происходит что-то из ряда вон. Сейчас этот чокнутый его просто пристрелит. При свидетелях. За саботаж. И напишет рапорт. И умоет руки. Как же так! Сразу слабнут ноги.
— Сэр! — начинает лейтенант, судорожно дергая кадыком.
— Я НЕ ДАВАЛ ТЕБЕ РАЗРЕШЕНИЯ ГОВОРИТЬ!
Сергей во все глаза наблюдает за разворачивающимся спектаклем.
— Капитан!
— Сэр!
— Объясни лейтенанту, что от него требуется.
— Есть, сэр!
Капитан манит трясущегося лейтенанта рукой. Подводит к окну. Что-то показывает ему на своем электронном планшете. Перелистывает. Пальцем обводит особо мерзкие сценки. Особист часто сглатывает, нервно вытягивает шею.
— Еще? — интересуется капитан.
Лейтенант отрицательно крутит головой.
— Если это передать в Генштаб, лейтенант, вас даже уборщиком в казарму не возьмут. Ясно? — спокойно интересуется капитан.
Эсбэшник чувствует себя пойманной за жабры рыбиной под палящим солнцем. Хочется пить. Он вымученно кивает.
— Хорошо, что мы друг друга поняли, — покровительственно говорит ему начальник разведки. Препарирует бледную извивающуюся лягушку холодным взглядом. Добавляет: — А подготовочка-то у тебя, лейтенант, того, хилая. С такой в плен лучше не попадать… Сэр, я закончил, — докладывает он скучающему комполка. Тот кивает.
— В моем полку я командую. Не СБ. Император вверил мне эту часть, и я за нее отвечаю. Больше никаких шпионских игрищ в моем полку. Запомни это. С этого дня, дружок, ты будешь мне сообщать о всех своих «предварительных расследованиях», — негромко диктует кэп бледному, как смерть лейтенанту. После небольшой паузы добавляет: — Иначе за твою драную задницу я и гроша не дам. Свободен.
Бледный особист пулей вылетает из палаты.
— Ну вот, служи спокойно, сержант, — поворачивается Гаррис к сидящему с открытым ртом Сергею.
— Есть, сэр. Спасибо, сэр…
— Да мелочи, сержант. Ты просто, как это… катализатор. Знай себе, служи, как следует. Мобильная пехота своих не бросает.
«Черт, ну никак без штампов. Или это у них заклинание такое?» — думает Сергей, глядя на удаляющуюся спину кэпа.
— Нет, ну какой мужик! — впархивает в палату возбужденная Сэм. Ее глаза радостно блестят.
— Саманта, меня, можно сказать, чуть девственности в твое дежурство не лишили, а тебе лишь бы под кэпа забраться, — устало говорит Сергей.
— Ой, да ладно, Серж. Не ревнуй. Я вот тебя сейчас поцелую, — хихикает Саманта.
— Ага, и по морде сразу дашь… Знаю, проходили. Давай, приклепывай свои проводки…
Мягкие руки Сэм порхают по его телу. Что-то приклеивают, прилаживают. Гладят, успокаивают. Снова хочется спать.
— Спи, милый, спи … — шепчет Саманта.
— Серж, к тебе гости, — миловидная хрупкая Трейси, как всегда, очень серьезна.
— Надеюсь, это снова не СБ? — Сергей откладывает планшетку с дешевым боевиком. Скука смертная.
— Да нет, — сдержано улыбается Трейси, переводя лежак в вертикальное положение и помогая Сергею сесть. — Флотский офицер. Молодой. Симпатичный.
— Х-м-м. От тебя, Трейси, я не ожидал. Ладно, Сэм, но ты-то девушка серьезная, — подначивает Сергей.
— Серьезным девушкам, чтоб ты знал, тоже нравятся мужчины, — улыбается Трейси уже от дверей.
— Заметано, я вас познакомлю.
— Да ну тебя, трепло, — Трейси открывает двери, пропуская посетителя.
— Ну как ты тут, Заноза? — цветет улыбкой бравый капитан-лейтенант. Синяя с золотом парадная форма. «Морская звезда» на груди. Ого!
— Стейнберг? Ты? — таращит глаза Сергей. — Ой, виноват, господин капитан-лейтенант, сэр! Вас просто не узнать.
Приходит пора удивляться Стейнбергу.
— С каких пор мы с тобой на «вы», а, Серж? — интересуется он.
— Ну, не знаю … — бормочет Сергей. — Там, на фронте — это одно. Тут — совсем другое. Тем более вы, то есть ты — уже целый кап-лей. Глядя на тебя и не подумаешь, каким задохликом ты был в Эскудо. В своей оранжевой кишке ты выглядел, как форменное чмо. Не то, что сейчас. Орел!
— А, узнаю Занозу. Старый ты пофигист! — Стейнберг бросается обниматься. Сергей неловко отбивается.
— Ты разве не хочешь, чтобы я тебя «сэром» звал? — неуверенно спрашивает Сергей.
