«Нами установлено, что агент «Аякс», с сегодняшнего дня официально находясь в отпуске, продолжает вести собственное расследование. Установлено, что сегодня он посещал населенный пункт Заячий Луг и соседний лес. Был также замечен возле старой автодороги.
МО СССР. Из сообщений по отделу внешней безопасности спецпроекта «Отражение» (исходящие).
Сентябрь 1977 г. Совершенно секретно
«…B связи с особыми обстоятельствами и учитывая внешнее давление, план «Чужая воля» входит в завершающую фазу. Операция «Контакт» в рамках плана «Чужая воля» состоится завтра, 30 сентября. Коллегиальное решение: мы готовы пойти на любые условия, которые выдвинут эмиссары Смотрителей…
…Необходимо принять все меры о недопущении нахождения посторонних в районе старой дороги н. п. Заячий Луг, где состоится высадка эмиссара Смотрителей….
…Вербовку агента «Аякса» исключить из плана действий…
…Внедренным агентам предписано активизировать работу по дезинформации и физическому устранению наиболее активных сил в известной нам группе влияния… необходимо также предусмотреть вариант по устранению всех нежелательных свидетелей…»
Еще с утра Георгий задумывал какой-нибудь предлог, чтобы сорваться с работы. Но ему повезло — получил от Яковлева какое-то пустячное поручение, а сам отправился на вокзал.
Пока все складывалось в определенную картину: все следы ведут именно на Заячий Луг. Во-первых, неподалеку от дач нашли два тела: одно в лесу, другое возле станции. Во-вторых, когда Лайма взяла след, она привела их с Лазаренко к загородному шоссе, которое ведет именно к Заячьему Лугу. В-третьих, упоминал это название тот частник-хапуга. В-четвертых, эта странная история с таинственным летающим объектом, о котором рассказали два человека — мужичок в пивной и Полевой. Есть и в-пятых: оцепление в лесу.
…Блин, столько изовпадений и ни одного хотя бы мало-мал ьского объяснения!..
Что уж там такое находится и не проводят ли военные какие-нибудь эксперименты — об этом Волков пока старался не думать. Сейчас ему нужно было попасть к местному участковому и расспросить о каких-нибудь странностях последних дней.
Георгий вышел с электрички на остановке между дачами и той деревенькой, которая и дала название местности — Заячий Луг. Сама деревенька давно захирела, но частенько попадала в районные криминальные сводки — местные ненавидели дачников и корень своих бед видели в них. Правда, в последние годы бесконечные драки стали сходить на нет — молодежь предпочитала сбегать в город, а затем, немного поостепенившись, обзаведясь семьями и подзаработав деньжат, бывшие деревенские строили дачи по соседству с малой родиной. Сегодня в Заячьем Лугу оставались в основном старики, а дачный поселок медленно, с годами незаметно, подкрался к деревеньке с ее крохотными, полусгнившими избами. И контраст был разителен. Особенно в хорошую солнечную погоду, как сегодня. Если идти от остановки, то по левую руку от дороги стояли веселые разноцветные домишки, а по правую, чуть в удалении, были сплошь черные срубы с позеленелыми от мха дощатыми крышами, стыдливо прятавшимися под огромными старыми березами и тополями.
Георгий запоздал, и участкового дома не оказалось. Его соседка как раз подходила к своим воротам, неся в руках авоську с пустыми стеклянными банками (хорошо хоть не ведрами!), когда увидела, как Георгий стучится в окна участкового. По виду тетка была из тех деревенских баб, которые все знают и все слышат. Для любого следователя — просто находка.
— А Сан Саныч поехал на дачи! — сказала она. — Говорят, там самогонщик завелся. Но он скоро приедет. Хотите кваску? У меня свой, домашний. Не то что городской.
— Можно, пожалуй, — согласился Георгий.
Баба, видимо, запоздало подумала, что сразу пригласить в дом незнакомца было несколько неосторожно с ее стороны:
— А вы к нему по какому вопросу? И кто будете?
Он представился. Полез за удостоверением, но баба замахала руками — мол, и его слова достаточно.
— То-то я смотрю, к нашему Сан Санычу какой-то важный мужчина стучится. А тут вон оно как. А меня Настасьей Егоровной звать. Тетя Тася. Меня здесь все знают. Я молоко летом дачникам торгую. Только скоро уже начнут разъезжаться, еще неделька-другая — и все клиенты в город повозвращаются!
— А ваш участковый давно здесь работает? — прервал ее Георгий.
— Да нет, он молодой совсем. С армии недавно. Это мы его для смеха Сан Санычем зовем. А так — Санька он и есть. У него мотоцикл. Тарахтит жуть как, сразу услышите! — говорила она, ведя его к себе во двор. — Я ему все говорю, наладь свою тарахтелку, никакого спокойствия с тобой нет! У меня когда-нибудь куры нестись перестанут…
