Воспользовавшись подсказкой, Георгий быстро отыскал дом Захаровны. Во дворе и вправду оказалось больше десятка кошек разных мастей. И ни одной собаки. Пока Волков объяснял дочери хозяйки — высокорослой худющей и некрасивой девице — зачем пришел, любопытные и настороженные морды то и дело высовывались отовсюду, чтобы посмотреть на чужака и снова спрятаться. Откуда-то слышно было многоголосое мяуканье котят. Георгий представил, в какой хор превращается эта орава по ночам.
Хозяйкина дочь велела подождать. Сквозь приоткрытую калитку, ведущую в огород, он слышал, как дочка громко докладывала матери, что к ней пожаловал следователь из города. В ответ слышны были вполне логичные и справедливые жалобы Захаровны на то, что с ней обращаются как с умалишенной, меж тем как она готова отдать последнее ближнему, и неважно кому именно — человеку или четвероногой твари. И слава богу, что в городе люди поумнее водятся, чем некоторые завшивленные мотоциклисты… В свою очередь, дочь Захаровны шумела насчет того, что ей стыдно на улице показываться и что не менее важно не плевать в душу соседям. Ругань продолжалась несколько минут, в результате чего разобиженная мать наотрез отказалась встречаться с гостем. Наконец, дочь вернулась и, краснея, доложила, что разговора не будет. Георгий велел ей передать матери только одну фразу:
— Спросите у нее, пожалуйста… Тот человек, которого она видела в лесу, был невысок ростом, черные впалые глаза и очень бледное лицо как будто без носа?
— Я спрошу, конечно… — неуверенно ответила девица.
Вскоре она вернулась. Не одна — с матерью.
Одного взгляда на Захаровну было достаточно, чтобы понять — на счет ее умственной неполноценности у сельчан сложилось не совсем справедливое мнение. Видимо, из-за того, что кое-кому ее кошки были поперек горла. На деле это оказалась вполне разумная на первый взгляд женщина, с приятным лицом и голосом, не без самодовольства, конечно, — от осознания своей исключительности прежде всего. Вероятно, после того как сержант обошелся с ней весьма несправедливо, это чувство — вдвойне или даже втройне уязвленной гордости — не позволило ей снизойти до нормального разговора с Георгием. Сама она почти ничего не рассказывала, в основном отвечала на вопросы, да еще с нескрываемым высокомерием.
Георгию удалось узнать, что «леший», которого Захаровна видела в лесу, был весьма похож на уродливого жильца Коли Чубасова. Поняв, что гость ничуть не склонен к насмешкам, Захаровна немного оттаяла и рассказала о некоторых подробностях неприятной встречи. С ее слов выходило, что с того момента, как она увидела этого странного человека, друг против друга они простояли долго — вполне достаточно, чтобы хорошо его рассмотреть. Она даже хотела замахнуться на незнакомца палкой за то, что напугал ее, но, против своего желания, не могла и пошевелить рукой.
— Кажный суставчик словно застыл. Даже шею повернуть невмочь…
Слушая, как она рассказывает об этом, Георгий испытал дурное и хорошо знакомое ощущение холода между лопатками…
— А что, батюшка? Никак это сумасшедший какой колдун из этих… как их бают, экстрасенксов по лесу бродит или вправду смерть за всеми нами пришла? — допытывалась Захаровна, на что Георгий предпочел ответить уклончиво: «Разберемся!»
Вернувшись на остановку, он долго сидел в одиночестве, ожидая следующего по расписанию электропоезда, который должен был прибыть еще не скоро. Время позволяло погрузиться в размышления.
На память пришел разговор с Лазаренко. Обо всяких необычных явлениях и достопримечательностях, которыми изобилуют родные места. Особенно про НЛО, которые, мол, часто появляются над Онегой, над Ладогой и выше по Белому морю. Правда, сам Георгий ни разу ничего подобного не наблюдал.
«Нет уж, вы меня не собьете с пути, товарищ Лазаренко. Фантастика фантастикой, но и трезвую голову на плечах тоже иметь надо…»
Во второй половине дня он прибыл в часть к Полевому. Зайдя на КПП, попросил связаться с полковником, и вскоре явился посланец Бориса Андреевича — невысокого роста, загорелый чуть не до черноты малый в чине капитана, с очень серьезным выражением лица и не менее строгой выправкой. Капитан сухо представился:
— Сиротин, — и велел следовать за ним.
За все то время, что они шли к Полевому, Георгий пытался вызвать спутника на разговор, но капитан упорно хранил молчание. Когда вошли к полковнику, Сиротин козырнул и удалился.
— Рад тебя видеть, — Полевой двумя руками схватил протянутую ладонь Георгия. Предложил сесть. Достал из стола сигареты, предложил закурить, но Георгий отказался.
— Ну как тебе мой Сиротин?
— Капитан? — Георгий вопросительно кивнул в сторону двери. — Очень приятный собеседник. Откуда он такой загорелый? Прям как из Африки.
Полевой усмехнулся.
— Это, брат, такой боец, какого еще поискать! Не побоюсь сказать лучший, каких я знал, — хвастливо произнес он. — С ним ты и пойдешь в разведку.
— Еще кто-нибудь будет?
— Только вы двое. Чем меньше народу, тем тише, согласен?
— Согласен.
