— Соберу всю, какую удастся, и попытаюсь спрятать понадежнее. Атам видно будет. Думаю, для науки это представляет очень большой интерес, но вопрос в том — в чьи руки это попадет?
«Вот именно!..» — Георгий снова вспомнил о непонятном цилиндрическом предмете, который лежит в его кармане. Лежит ли? Не подавая виду, он дотронулся до висевшего на стуле пиджака. Вроде на месте.
Значит, из этого предмета взялась слизь. Что-то вроде шприца или тюбика — теперь это ясно как божий день.
— И что же, выходит, именно эта слизь и заставляет тело оживать? — спросил он.
— Возможно, да, но до определенных условий. Ведь второе тело… умерло, когда вы в него выстрелили.
Слово «умерло» Михаил Исаакович произнес так, словно сомневался, уместно ли оно в данном случае.
— А могло быть так, — сказал Георгий, — что часть этой странной субстанции попала в кровь и восстановила повреждение кожи? Ведь я точно помню, что он меня ударил. После такого в любом случае рана должна быть серьезной.
Он в который раз ощупал голову:
— Но теперь-то ее нет. Вот что меня удивляет.
Георгий смотрел на молчавшего Лазаренко, на лице которого появилось странное выражение, как будто старик огорошит его сейчас каким-нибудь признанием.
— Что? Ну? — Нетерпеливым взглядом Волков уставился на старика.
Лазаренко замялся:
— Знаете, я видел там кровяные клетки. Эритроциты, лейкоциты, тромбоциты. Но сейчас их нет. Только вот эти непонятные микроорганизмы… — он показал на свой стол. — А что, если…
Лазаренко вдруг резко выдохнул и хлопнул себя по лбу:
— Ну конечно… Какая ерунда! И вас пугаю, и сам боюсь. Если немного вашей крови попало на полотенце вместе со слизью, она просто подчинила себе клетки и трансформировала их, переработала.
Георгий ощутил, что неприятно засвербевшее внутри чувство, похожее на страх, не отпускает.
— Михаил Исаакович, вы не умеете врать. Давайте без тайн, выкладывайте все, что думаете. Эта слизь все-таки попала в мою кровь?
— Что же, теперь я это вполне допускаю, — кивнул заведующий. — У меня такое ощущение… Я думаю, что надо понаблюдать за вами. Ну там, реакция на чужеродный белок, аллергические высыпания, заражение — не дай бог, конечно…
— Хотите, чтобы я добровольно отдался врачам на исследование?!
— Конечно, нет! Я не говорю про масштабное исследование. Если мы сейчас кому-нибудь обо всем этом расскажем, ни вы, ни я, свободными людьми уже не будем. Уж мне-то поверьте.
— Почему вы так считаете? — с сомнением уставился на него Георгий.
— Вы что же, до сих пор думаете, что мы за американским шпионом сейчас охотились?
«А за каким же?» — хотел спросить Георгий, но промолчал.
— А по-вашему, он кто?
Лазаренко многозначительно хмыкнул:
— Сомневаюсь, что человеческая наука дошла до такой возможности! — И он показал на микроскоп.
— Вы что же хотите сказать — мы имеем дело с зелеными человечками?
— А вам не кажется…
— И вы в это верите?! — перебил Георгий.
— Да, я верю! Я всегда верил, если хотите. Я не знаю, насколько опасно это существо, но у него какая-то своя логика, которая только кажется нам извращенной.
— Нет, вы серьезно?
— Я сейчас очень серьезен, — нахмурился Лазаренко. — И мне кажется, что вы сами верите в это, только не хотите признаться.
— Нет уж, давайте пока обойдемся без этого! — сердито качнул головой Георгий. — Конечно, я мало понимаю в том, что происходит вокруг. Слишком много необычного. Живые покойники бегают по городу, а потом их находят в самых разных местах снова мертвыми, и тайно забирают в Москву. Наверняка на исследование, потому что знают кое-что, чего не знаю я. А то взять хотя бы этот белый туман…
— Какой туман?
— Я вам разве не рассказывал?.. Ну да, не до того было. Помните, мы на солдат нарвались? Так вот, вчера я был в том лесу возле Заячьего Луга. Видел какой-то странный объект. Он излучал свет и был укрыт белым туманом. Военных там полно — и тоже непонятно, охраняли они этот объект или, наоборот, хотели уничтожить. А потом он будто взорвался. Хотя и взрывом не назовешь — ничего ведь не пострадало. Но люди как будто ополоумели!.. — Георгий хотел добавить, что ополоумели все, кроме него, но решил не уточнять. — А за два дня до этого я слышал, как несколько человек в городе болтали, что видели в небе над лесом неопознанные летающие объекты. Как раз у Заячьего Луга…
— Вот вы сами говорите про НЛО, а не верите, что нашим инкогнито может быть иноземное существо.
— Но это невозможно!
— Да почему же?! — не унимался Лазаренко, словно его дико возмущала упертость Георгия. — Вы можете считать меня выскочкой, но есть у Артура Кларка — наверное, слышали про такого? — три закона, первый из которых гласит, почти дословно: если заслуженный, но престарелый ученый говорит, что нечто возможно, он наверняка прав. Если же он говорит, что нечто невозможно, он почти наверняка ошибается. Надеюсь, вы не откажете считать меня заслуженным человеком, и в какой-то степени ученым? Пожилым, разумеется.
Георгий терпеливо смотрел на Лазаренко и чувствовал, что начинает закипать. Ему не нравился этот разговор и выводы, какие делал старик. Он открыл рот, но старик вдруг выпалил:
