Людовик XIV и великий Конде победили без риска, но не без славы. Совершая свои подвиги, они обеспечили королевству основные условия, гарантирующие отныне возможность защищать «права королевы» при новой дипломатической конъюнктуре, создавшейся после примирения морских держав.
Не овладей Людовик временно провинцией Франш-Конте, англо-голландское соглашение могло бы лишить Францию всех ее завоеваний 1667 года. Но благодаря этой своей акции король смог заключить выгодный мир, сыграв роль щедрого победителя, которому чужды всякие империалистические амбиции. В конце февраля голландцы предлагают Кастель-Родриго свое посредничество. Завязывается и проигрывается игра четырехсторонних переговоров. Непримиримость, которую испанцы проявляют вначале, способствует сближению позиции Яна Де Витта с позицией Франции. В Сен-Жермене Людовик XIV заставляет сторонников войны (Лувуа, Тюренна и Конде) разделить точку зрения пацифистов (Летелье, Кольбера и Лионна). Предварительные условия мира подписываются 15 апреля.
Сам договор заключается в Ахене 2 мая, после бурных, но не очень продолжительных дебатов. Король Франции дает согласие на немедленное возвращение Карлу II провинции Франш-Конте. Он приобретает в Нидерландах множество полезных земель: к нашей Морской Фландрии (жемчужиной которой является Дюнкерк, купленный у англичан в 1662 году) прибавляются Берг и Вёрне. Приобретение Бенша и Шарлеруа обеспечивает нам передовые позиции в провинции Эно. Но самое главное территориальное преимущество нам дает присоединение Французской Фландрии. Она фигурировала, между прочим, не как единая провинция, а как целая коллекция городов со «всеми их судебными округами, землями, подчиненными различным вельможам, территориями, губерниями, округами, находящимися в подчинении прево, различными угодьями и т. д.»{215}, перечисление столь же расплывчатое, как и то, которое касалось Эльзаса при подписании Мюнстерского договора (наш уполномоченный де Круасси проявил себя там очень ловким). Это были Армантьер, Менен, Ауденарде, Турне, Куртре, Ат, Дуэ и, особенно, Лилль. Вскоре после подписания договора эти города, укрепленные Вобаном, дадут возможность королю выковать свой знаменитый «железный пояс». Они также представляют собой определенный этап в процессе покорения южной части Нидерландов. Не важно поэтому, что эти города не представляют собой «естественной» или хотя бы выровненной границы королевства. Извлечь из этого максимум выгоды было отныне делом дипломатов, инженеров и генералов Его Величества. А дело короля было — завоевать сердца их жителей.
Самым парадоксальным и таким же абсурдным и нелепым, какой была предшествующая война и каким мог бы показаться настоящий мир, было то, что главным приобретением Франции в результате подписания Ахенского мира была Валлонская Фландрия, в практике которой и даже в ее частном праве никогда не встречалось ничего о преимущественном наследовании по старшинству. Словом, права королевы должны были быть извлеченными разве что из рыцарских романов.
Переход Людовика XIV через Рейн 12 июня 1672 года во главе армии, выставленной против Голландии, должен был выглядеть не менее рыцарским. Из этого перехода, пишет Вольтер, сделали «одно из величайших событий, которые должны были запечатлеться в памяти людей». Боссюэ охарактеризовал его как «знаменательный подвиг нашего века и всей жизни Людовика Великого». В действительности же два пехотных полка противника, лишенных артиллерийской поддержки, и пятьсот полностью деморализованных всадников пустились в бегство при приближении двадцатитысячной французской армии, которая, следует заметить, переправилась на противоположный берег вовсе не вплавь, а вброд, нисколько не побеспокоив речного бога. Но французы (и парижане, в частности) предпочли миф реальности. Можно по этому факту судить о популярности короля и его пропагандистских способностях. Однако нельзя пренебрежительно относиться к тем опасностям, которым подвергал себя король при других обстоятельствах. Война и связанные с ней обязанности отрывают его от двора на 97 дней в 1672 году, на 166 дней в 1673 году, на 69 дней в 1674 году, на 72 дня в 1675 году, на 84 дня в 1676 году, на 93 дня в 1677 году, на 60 дней в 1678 году. Итак, в течение семи лет Людовик XIV посвящает 641 день своей жизни богу Марсу.
