На большом канале есть несколько яхт английского образца, несколько баркасов, одна фелюга неаполитанского типа и особенно интересные три военных мини-корабля — настоящий боевой отряд, — построенные здесь же в 1685 году. Это «Дюнкеркуаз», большая барка (какими пользуются «каперы»)[77], собираемая плотниками, приехавшими из фламандского порта (таким образом Людовик показывает большую любовь к своему приобретению 1662 года, а Жан Бар был тогда всего лишь капитан-лейтенантом), «Реаль», «Гран Вессо». «Реаль» — копия настоящей галеры «Реаль», называемой также «Гранд галер», являющейся гордостью Марсельской эскадры. Настоящая галера была оформлена Пюже, а ее маленькая версальская сестра — скульпторами Тюби и Каффьери. Все части такелажа, тенты, декоративная обивка и флаги сияют переливчатым светом золота, серебра, лазури. Корабль «Гран Вессо» не был построен простым мастером. Для этого обратились к маркизу де Ланжерону, инспектору морского строительства, с просьбой сделать рисунок корабля и довести его строительство до конца. Из Амстердама была привезена — строительство голландской модели корабля обязывает — подходящая древесина. Для работы над ней были привлечены двадцать два плотника из Нормандии и из Прованса. «Гран вессо», несмотря на свое славное название, — не «Руаяль Луи» и не «Солей Руаяль», а всего лишь маленький фрегат, на котором установлено 13 пушек из бронзы, специально отлитых в мастерской семейства Келлер.
С тех пор как во флоте королевства существует две эскадры: галеры на востоке и большие корабли на западе — Людовик XIV с 1686 года на своем канале выбирает попеременно для плавания то галеру «Реаль» (на нее он поднимается, например, 25 января 1686 года), то свой корабль «Гран вессо» (14 июня он плавает на этом фрегате). И так продолжается до того дня, когда врач Фагон, опасавшийся ревматизма Его Величества из-за большой влажности на канале, запретит эти невинные плавания.
Сейчас трудно себе представить то оживление и даже пестроту красок, которая царила прежде на этом канале с многочисленными причалами. Венецианские гондольеры предстают в одеждах из тафты, дамасских тканей или красноватой парчи, с золотыми или серебряными нашивками, в шелковых красных чулках. Но и матросы одеты почти с такой же элегантностью, их рубашки сшиты версальскими белошвейками. Все они живут возле большого канала в деревне Петит-Вениз, то есть Маленькая Венеция, построенной специально для них. Постоянный персонал насчитывает (здесь не учитываются ни семьи, ни солдаты галиотов, которые каждый год прибавляются в качестве временных гребцов) около пятидесяти человек. В 1687 году суперинтендантство строительства короля (расходы несет не морской флот, а интендантство) оплачивает труд капитана, боцмана, галерного смотрителя и его помощника, четырех плотников, двух конопатчиков, каптенармуса, двадцати шести матросов и четырнадцати гондольеров{45}.
До конца царствования, несмотря на ревматические боли короля, эта флотилия будет продолжать бороздить большой канал, по которому всегда можно совершать водные прогулки или слушать у его берегов концерты. Персонал флотилии почти не будет сокращен. Если это флотское подразделение в миниатюре мыслилось как некий символ, надо было этот символ поддерживать. Так же будет поддерживаться наш настоящий флот: флот Турвиля и Шаторено, Пуэнтиса и Дюкасса, Кассара и Дюге-Труэна от Барфлера (1692) до Велес-Малаги (1704), от Велес-Малаги до Регентства. Бремя Версаля увеличивается пропорционально росту его мощи. С тех пор как был поднят над флотом флаг величия и славы, король и его слуги заботятся постоянно о том, чтобы он развевался. Во флоте мужественные капитаны отдают приказ прибить гвоздями к мачте флаг корабля.
Можно пожалеть, что Людовик XIV не составил такой же гид-справочник для внутренних покоев своего дворца, какой им был составлен для осмотра его садов. Дворец, впрочем, такой большой, что нам придется ограничиться осмотром больших апартаментов. Оформление и расположение комнат так часто менялось, что нам надо выбрать дату или, по крайней мере, период, положивший начало изменениям в 1701 году.
