Король все больше и больше тяготеет к общению в узком кругу. Вне замка по воле монарха Трианон и Марли избраны для такого общения. Он просит также оборудовать и декорировать в замке для этих целей внутренние апартаменты. Работы здесь были начаты в 1684 году, а закончились в 1701 году. Вместо прежних апартаментов маркизы де Монтеспан король владеет отныне — опережая Людовика XV — комнатами, где он может чувствовать менее скованным дворцовым церемониалом. С запада на восток идут комнаты с окнами, выходящими на мраморный двор и королевский двор: Кабинет собак, Салон с маленькой лестницей, Кабинет раковин, Кабинет картин и, наконец, Маленькая галерея, с двух сторон которой находятся два салона; она является шедевром старого Миньяра, это его запоздалый реванш над Шарлем Лебреном. Большая галерея, или галерея Лебрена, отдана толпам придворных. Маленькая галерея, или галерея Миньяра, предназначается для короля или его семьи «и для немногих высокопоставленных посетителей», таких как принц Датский (1693), Кельнский курфюрст (1706). Тут неизменный декор. На потолке роспись: ребенок представляет собой герцога Бургундского и одновременно символизирует Францию. С ним рядом Минерва и Аполлон. Ребенок окружен богами, аллегориями Добродетели, Времени и Любви. И не случайно здесь представлены все атрибуты искусств. Маленькая галерея была задумана и создана как воплощение королевского величия времен Людовика XIV, этого королевского меценатства, надежностью и постоянством которого в то время восхищались все. Здесь висят самые лучшие картины из коллекций Его Величества{291}. Список картин короля (Никола Байи составил этот список в 1709 и 1710 годах) насчитывает не менее 1478 единиц{142}. Желательно было, чтобы Людовик «мог любоваться как можно большим количеством этих редких полотен»{291}. Поэтому была установлена система постоянной смены экспозиции. Король держит у себя некоторое время «Джоконду».

После 1701 года экономия стала лозунгом и правилом в Версале. Единственные большие траты в конце царствования идут на новую внутреннюю церковь. Ее строительство и внутреннее оформление продвигаются медленно и растягиваются на двадцать лет, но старый монарх преподносит в конце концов в дар Господу «самую необычную из придворных церквей»{291}. Вместо мраморной облицовки, задуманной вначале Мансаром, которая была бы в стиле больших апартаментов, Людовик XIV и Робер де Котт предпочли использовать здесь камень из Иль-де-Франса. Вместо того чтобы повторять слишком хорошо известный декор, они создали стиль нового века, восемнадцатого. И все-таки стиль средних веков здесь в какой-то стегени тоже налицо; церковь Сент-Шапель присутствовала в воображении архитекторов. Бедности белого камня противопоставляется богатство скульптуры, в которой рождаются имена века Просвещения: Пьера Ленотра, отца и сына Кусту, Робера Лелоррена. Как все храмы того времени, внутренняя церковь короля предлагает катехизис «в картинках». Весь свод отведен Господу нашему Иисусу Христу. Сотворение мира представлено в центре, Воскресение Христово изображено над алтарем. А голубь Святого Духа парит над королевским креслом, фигуры Карла Великого и Людовика Святого, склоненные в молитве, символизируют монархию. Кресло короля помещено напротив алтаря, на возвышении. Приделы отведены семье короля. Людовик XIV приходит сюда каждый день, потому что мессы он слушает ежедневно. И каждый раз его ансамбль исполняет мотет. Если в праздничные дни, которые представляют собой восхитительный «спектакль», король hic et nunc (здесь и всегда) весь в молитве, то и в любой другой момент своей жизни он не пренебрегает повседневным богослужением.

<p>Распределение времени короля</p>

Жизнь королей монотонна. Если отбросить несколько путешествий, охоту осенью в Шамборе и Фонтенбло и военные заботы, длившиеся до 1693 года, жизнь Людовика XIV протекала почти без перемен. Его неделя, день и даже часы, кажется, расписаны, как нотная тетрадь. Чтобы избежать частых повторов, Данжо подытоживает в своем «Дневнике» в конце 1684 года «все занятия короля в течение этого года». Из него видно, что Его Величество совершенно не имеет личной -жизни. Почти все его время предназначается подданным и делам; работа, которую он на себя возлагает, держит его в тисках. А разве он не правнук Филиппа II, короля Испании?

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги