Если посмотреть на Десятилетнюю войну с расстояния спутника Сириуса, она покажется очень странной; и Вольтер не упустил случая высветить ее парадокс. «В этой войне, — пишет он, — Людовик XIV воевал против шурина — короля Испании, против Баварского курфюрста, сестру которого он дал в жены своему сыну, Монсеньору, против Пфальцского курфюрста, княжество которого опустошил уже после того, как женил своего брата, Месье, на Пфальцской принцессе, Мадам Елизавете-Шарлотте. Король Яков был сброшен с трона своим зятем и своей дочерью… Большинство войн, которые вели между собой христианские принцы, по сути, были гражданскими войнами»{112}. Если бы у Вольтера был более религиозный склад ума, он также отметил бы, что три католических монарха (император, король Испании, герцог Савойский) воевали на стороне протестантских морских держав, против Людовика XIV и Якова II. И снова происходит столкновение между Его католическим Величеством и Его наихристианнейшим Величеством. С другой стороны, этот непримиримый Вильгельм Оранский, которого раздражает католицизм французского короля, явно терпит союз с католической нетерпимой Испанией. Правда и то, что Вильгельм III, хотя и не наделен большим воинским талантом, в своих действиях ловок и упорен. Он будет осуществлять вплоть до Рисвикского мира, и очень эффективно, такие политические операции, которые мы сегодня называем совращением и дезинформацией. Его ненависть к Людовику XIV стимулирует его природные способности. Он периодически подбрасывает ложную информацию, чтобы деморализовать французскую армию и народ. Он использует для этой цели такой промежуточный элемент, как реформатская эмиграция в Голландии. Он может рассчитывать иногда на многих протестантов, живущих во Франции, новообращенных в католичество (плохо обращенных), которые надеются, что в конце войны в результате переговоров Людовик XIV вынужден будет восстановить Нантский эдикт. Существует параллель между французскими гугенотами, готовыми давать информацию принцу Оранскому и помогать ему, и якобитами, верными Якову II, которые готовятся к бою за Ла-Маншем и развивают бурную деятельность у нас. Недостаток политической прозорливости и отсутствие хладнокровия у тех и других в итоге приводят к нарушению согласованности в действиях, так как ни протестанты Лангедока, ни шотландцы не обладают ни средствами, ни волей, чтобы обеспечить своим кумирам высадку и вообще способствовать их победе.
Не имея возможности оказать военную помощь, французские протестанты и новообращенные в католичество оказывают психологическую поддержку. Отмена Нантского эдикта, эмиграция, наказание галерами, принудительные причастия тяжелым камнем лежат у них на сердце. Для них Людовик XIV похож на Навуходоносора, а в Аугсбургской лиге они видят орудие Божьего суда. Дело доходит до того, что современники (за исключением, конечно, английских папистов, некоторых англиканцев, Людовика XIV и его католических подданных) даже не замечают, что свержение с трона Якова II, осуществленное его собственным зятем, является глубоко аморальным поступком.
В конце октября 1688 года получила большое распространение по всей Западной Европе «Молитва об успехе оружия принца Оранского», произведение пастора Жильбера Бюрне, который сбежал из Англии в связи с восшествием на престол Якова II, но который собирался с триумфом туда вернуться с армадой статхаудера. В ней сказано, что католические монархи «хотят уничтожить истину» Слова Божьего, «установить идолопоклоннический культ», противный Господу. А дело «Его Высочества принца Оранского» угодно Господу.
«Собирай королей и принцев, которые тебе служат со всей чистотой души своей, чтобы бороться за дело твое; приведи их к победе над твоими врагами. А ты, бог войны, надели их ловкостью в бою и охрани их. Мы просим твоей защиты как особой милости для Его Высочества, принца Оранского… Поддержи его дело, потому что оно твое дело, и дай ему силу победить всех врагов его… Прикажи морю и его бурным водам расстилаться гладью перед ним; сдерживай встречные ветры, чтоб не было ни единого дуновения во вред ему». И в таком тоне написано целых три страницы. Вильгельм — герой Старого Завета, новый Иисус Навин, новый Зоровавель. Благодаря молитвам, возносимым Господу его приверженцами, Господь ему пошлет «силу Самсона, счастье Гедеона и победы Давида». Он — опора церкви Господа; пусть ангелы «вьются вокруг него»; пусть молитвы праведников позволят этому принцу с Божьей помощью довести до конца начатое им дело; впрочем, ему помогает его супруга, Мария, принцесса Стюарт, «Эсфирь этого века»{97}. Посреди этой молитвы в церкви раздается пение самых воинственных псалмов царя Давида: «Бог показался, и рассеялись вражеские орды. Аллилуйя, аллилуйя. Спасение и сила принадлежат Господу Вечному нашему». Узурпация, явно достойная осуждения, возводилась протестантским кланом в ранг крестового похода.
