— Скажем так, — ответил он, краем глаза поглядывая на друзей. — Если мы захотим
Харольд в ужасе уставился на него — пока Себастиан, Тео и Люциус не разразились громким смехом, к которому он с облегчением присоединился.
Джеймс радостно поднял руки:
— Именно так и должно закончиться приключение. И за него… Гип-гип… — Из его груди вырвалось облачко пара. — Опля… И ура!
Бернд Перплис и Кристиан Хумберг пишут книги для больших и маленьких читателей — иногда по отдельности, а с 2008 г. и совместно. Вместе они создали серию фэнтези DRACHENGASSE13, которая была переведена на разные языки и несколько раз ставилась в театре. Когда они не выдумывают новые истории, обоих авторов часто можно увидеть в школах и библиотеках, на тематических встречах и книжных ярмарках, где они читают вслух свои книги и рассказывают о писательской "кухне".
Узнать больше о Бернде и Кристиане можно на сайтах www.bernd-perplies.de и www.christian-humberg.de.
Посвящается Аннике
Смелость не только для мальчишек!
Bernd Perplies, Christian Humberg
Die unheimlichen Fälle des Lucius Adler.
Jagd auf den Unsichtbaren
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.
© 2016 Thienemann in Thienemann-Esslinger Verlag GmbH, Stuttgart
Text by Bernd Perplies and Christian Humberg
© Теремкова О., перевод на русский язык, 2020
© Издание на русском языке, оформление. ООО "Издательство "Эксмо"", 2020
— Это же просто кошмар! — Люциус Адлер, сын знаменитой иллюзионистки и непревзойдённой воровки Ирэн Адлер, стоял перед открытым саркофагом, уставившись на лежащую в нём мумию. Фигура в человеческий рост была замотана в грязно-белые льняные бинты. Лицо закрывала блестящая бронзовая маска, изображающая серьёзного молодого человека. Руки угрюмо сложены на груди.
— Ты прав, — поддержал его друг Харольд Кейвор. Мальчик в никелевых очках, обхватив руками своё щуплое туловище, скептически разглядывал покойного. — Почему на этой вечеринке непременно надо разворачивать мумию? Неужели они не могли разобрать какой-нибудь автомат? Тогда я хотя бы мог узнать что-нибудь полезное на случай, если у Джеймса опять что-нибудь сломается.
Джеймс был дворецким Харольда, паровым скрипучим чудом, которое Харольд сам смастерил из подручных материалов: поршней, шестерёнок и латунных распорок. Отец Харольда был успешным изобретателем, и Харольд, очевидно, унаследовал его талант. В отличие от обычных автоматов, в Джеймса полтора года назад во время прогулки ударила молния, и с тех пор он вёл себя почти как живое существо — Люциус мог это подтвердить.
— Ну, — отозвался Люциус, скрестив руки на груди, как мумия. — Это ты меня сюда притащил. Так что теперь не жалуйся.
— Но в приглашении не было ничего сказано о разворачивании мумии, — ныл Харольд. — Это было бы интересно Себастиану или Тео, но не мне.
Их друзей Себастиана Квотермейна и Теодосии Паддингтон в этот вечер с ними не было. Отец Харольда разрешил сыну привести с собой только кого-то одного, и выбор мальчика пал на Люциуса. Не то чтобы он предпочитал Люциуса остальным. Просто Себастиан вместе со своим отцом, великим исследователем Африки Алланом Квотермейном-младшим, сегодня вечером сам был на каком-то приёме в Лондоне. А спросить Тео, не хочет ли она пойти с ним, Харольд не решился, как он поведал Люциусу наедине.
Люциус удивился:
— Почему бы и нет? Тео ведь не кусается.
У Харольда покраснели уши, и он пробормотал, что Тео-то не кусается, а вот мисс Софи, домашняя змея девочки, выросшей в Индии, вполне может укусить. Что, конечно, было ерундой, потому что мисс Софи — тигровый питон, а тигровые питоны своих жертв душат, как удавы. Кроме того, она была ручной и лишь недовольно шипела, когда Люциус или Себастиан нечаянно на неё садились, — что иногда случалось, потому что мисс Софи любила свернуться калачиком под диванными подушками.
Какие бы там сложности Харольд ни испытывал с Тео, Люциус, во всяком случае, обрадовался, что друг пригласил именно его на это торжество.
Однако поначалу предложение Харольда не вызвало у него особого воодушевления, потому что тот рекламировал мероприятие примерно так:
