– А где теперь Пересвет? – поинтересовался Иван судьбой товарища, который пропал с радаров сразу же после того, как ушел служить в армию – и ни письма, ни строчки от него.
– Сегодня Пересвет выполняет важное государственное задание в Южной Америке. Дочь наркобарона влюбилась в него по уши и тоже ждет ребенка. Майор Пересветов передал вам привет и вот этот подарок! – при этих словах генерал резко раздвинул белую шторку на окне и указал на клетку. Клетка стояла на массивном подоконнике, а за ее решетками скрупулёзно чистил крылья настоящий попугай с огромным клювом. Точно такую же птичку Несмышляев видел в комнате африканских студенток, когда учился в университете.
Едва попугай заметил Ивана, как по кабинету раздался его истошный крик: «Иванушка – дурак, Иванушка – б-о-о-льшой дурак».
– Ишь, раскудахтался, на нового хозяина! А ну молчать, Гамаюн! – Генерал тут же задернул шторку, и птичка заткнулась, а Иван нервно затряс головой, не веря глазам своим.
– Так, выходит, я всю жизнь прожил под колпаком у органов? – тихо поинтересовался совершенно обескураженный Несмышляев.
– Ну почему же всю и почему под колпаком, Иван Петрович? – вновь озарился улыбкой хозяин кабинета. – Скажем так, под отеческим и дружеским присмотром.
– Тогда мой самый горячий привет Пересвету, – отрешенно сказал Иван, но любопытство все же сильнее разгоралось в нем. – А учитель Орлов часом не подскажете, Петр Сергеевич, в каком звании служит? А репортер Лекалов? А декан Толчков? А Глаша Стожкова – тоже ваш сотрудник?
– Орлов вышел на пенсию в звании полковника. Агент Лекало пока подполковник. Скажу по секрету, Андрон Лекалов – уникальный шпион. Таких уж мало. Однажды он взял самое откровенное интервью у одной принцессы. Принцесса давно мертва, а выведанные секреты европейской монархии до сих пор позволяют нам влиять на ее внешнюю политику. Замечательный историк – майор Толчков – никогда бы не сделал себе имя в науке, если бы не получил от нашей организации допуска к секретным архивам. Это именно декан истфака направил вас поработать в школе – стать ближе к народу, чтобы затем мы плавно перетащили вас в кресло мэра. Надеюсь, вам не нужно объяснять, почему именно вы стали «Учителем года», Иван Петрович? Ну а ваш пресс-секретарь Глаша Стожкова – обыкновенная дура, которая к нашей организации не имеет и не может иметь никакого отношения, – улыбнулся генерал-майор Дронь.
– А в камере «восемь-пять» я тоже был под присмотром? – ухмыльнулся Иван.
– Я думал, что вы сразу догадались, какая роль была отведена в камере СИЗО олигарху Полесову.
– Стало быть, Василиса – тоже агент, – обхватил свое лицо руками Иван.
– Да, вот и она, – генерал перевел взгляд на дубовые двери.
Василиса зашла в генеральский кабинет в красивом фирменном кителе. Он словно создан был, чтоб подчеркнуть красоту ее глаз. Черные волосы разведчицы были собраны в пучок.
– Разрешите представить. Агент «Васса» – полковник нашей, я бы сказал, государевой службы, – гордо пробасил генерал. – И честь и жизнь за Родину она готова отдать. Василиса – настоящий пример для подрастающего поколения наших соотечественников.
Василиса кивнула, но не проронила и слова в ответ.
«Вот это ролевую игру она мне устроила», – Иван взглянул на свою любовницу изумленными глазами и снова вперил взгляд в красную ковровую дорожку. Благодаря Василисе история его жизни открывалась Несмышляеву в совершенно новом и неожиданном для него свете.
Теперь Ивану стало понятно, почему агент Васса получила протекцию из областной администрации на работу его заместителем в городе Л., и почему домашняя обстановка в ее коттедже была так скромна, как будто он предназначался для командировочных.
– А кот Васька – тоже секретный сотрудник? – попытался пошутить Иван, чтоб разогнать невеселые мысли.
– Кот оказался двойным агентом, работал на американцев. Хотели пристрелить, но ушел, мерзавец, огородами. Матерый шпион, подлая морда. Как бы не сдал всю нашу резидентуру на Аляске. Кот, кстати, и вас пытался вербовать, Иван Петрович. Помните, как он терся возле вашего уха каждую субботу в коттедже? Только мы были в вас абсолютно уверены, – серьезным тоном сказал генерал и обратился к Василисе: «А вы, товарищ полковник, можете идти. С Иваном Петровичем поговорите позже, если, конечно, у вас возникнет такое желание».
Агент Васса вышла из кабинета.
Иван молча проводил ее взглядом. Мозг Несмышляева просто кипел от полученной информации.
– А клопы в тюремной камере тоже ваши агенты? – с негодованием спросил он генерала Дроня. – Зачем, скажите, был нужен весь этот маскарад с арестом? Нельзя было сразу сказать: Иван, ты наш человек, вот тебе талоны на дополнительное питание, кокосовое молоко и сухофрукты?
